Я стоял в полной темноте и чувствовал лишь легкие дуновения ветра. В месте, где я оказался, не было ни пола, ни потолка, ни какого либо пространства вообще. Абсолютная тьма, но я уже не боялся ее. Наоборот, во мне просыпалось детское любопытство. Что будет дальше? Кого мне еще покажут? Перед глазами замелькали картинки. Ага, узнаю. Мелочи жизни. Вот на этом ролике мне 6 лет, и я украл у бати из кармана десять рублей, на которые накупил жвачки «Турбо», потому что собирал вкладыши с тачками. Плохой поступок, не спорю, но тогда меня еще толком не научили, что воровать — это плохо. Можно даже не перепросматривать. Я этот случай осознал благодаря папиному ремню. Дальше разборки в техникуме. Вообще фигня была. Я отделался лишь фингалом и растоптанным ЧСВ. Сам сделал выводы и не вспоминал о том случае. Если так разобраться, то не особо много у меня скелетов в шкафу. У моей подруги юности Олеси их бы набралось на целый теплоход. Вот там были переживания и крушения ценностей, а я-то что? У меня тут совсем чуть-чуть. Ушла жена, погибла бывшая, детские обидки, были срачики на работе, ну разборка с Сантьяго, конечно. Странно, что птица не предлагает мне перепросмотреть Алену.
— Еще будут картинки? — усмехнулся я и понял, что нет. Сеанс терапии закончился.
— На сегодня хватит, — ответила Шишига и я почувствовал резкий укол. Открыл глаза и осмотрелся. Пара над бассейном уже не было. Гул стих. Волшебные зеркала погасли. Сеанс сновидческой психотерапии был окончен. Быстро как-то.
— Ну как тебе? — спросила Даша, вставая с шезлонга, — я все видела и слышала.
— Пряталась в тенях моего подсознания? Дара-невидимка.
— Да. Ты, как я погляжу, разочарован, да?
— Как сказать. Чувствую, что мне стало сильно лучше, но не могу понять почему.
— Потому что ты освободился от самых дурных воспоминаний. Очевидно же. Это хорошо бодрит. Теперь, когда ты будешь вспоминать о тех событиях, они уже не будут вызывать тех же эмоций, что и раньше. У тебя даже лицо расслабилось.
— Да ладно, — я потрогал щеки, подбородок, но ничего не почувствовал, — почему сеанс был таким коротким?
— Шиншике не любит долгие забеги. Он тратит много света в нашем мире на такие чудеса. Ведь ему нужно было погрузить тебя в сон, затем попасть в него и перелопатить кучу воспоминаний, причем так, чтобы ты ничего не заметил. Это великое искусство. Наши маги так не умеют.
— А Веста?
— Она очень грубо работает. Ее же недаром мозголомкой прозвали. От ее работы потом никакого удовлетворения, только голова болит.
— А в чем причина? — поинтересовался я.
— Ей банально не хватает света и навыка, — пояснила Даша, одеваясь, — она уже на пределе своих возможностей в этой области.
— И что ей делать?
— Либо остаться на этом же уровне, либо начать прокачивать другой скилл, но провидицей она становиться не хочет, а с боями у нее всегда были проблемы. Ее фамильяр хорош только в этом мире. Не пробовал с ним сражаться во снах?
— Не доводилось, — признался я, — но на ринге он мне быстро руки поломает.
— Поэтому ты должен учиться совмещать наши техники с рукопашным боем и стрельбой.
— Это как? — не понял я, надевая штаны, — я просто читал дневники Данилы, и он не упоминает о чем-то подобном.
— Тебе нужно научиться гипнотизировать людей. Сам ты гипнозу не подвержен.
— А как тогда меня Шишига погрузила в сон? Что за знак она мне показала?
— Розу снов? Это старый прием. Им еще в девятнадцатом веке пользовались. Некоторые жесты обладают особенной силой. Например, этот, — Даша показала мне средний палец и рассмеялась.
— Да, отлично агрит идиотов. Слушай, я себя чувствую как-то иначе. Даже трудно передать словами.
— Появились уверенность, покой и легкая апатия, да? — подмигнула мне ведьма.
— Наверное. Куда-то пропал нервный тремор от предчувствия, что вот-вот случится что-то ужасное.
— Все хорошо. Достаточно посетить Шиншике раз пять, и ты потеряешь свои якоря и блоки.
— И тогда крыша домика упадет мне на голову? — улыбнулся я и принялся шнуровать берцы.
— Опять ты за свое. У тебя же есть определенные убеждения, правила ковена, в конце концов. Ничего с тобой не случится. Ты не станешь таким же безумцем как Данила, не переживай.
— А значит, не стану таким же сильным и крутым, — возразил я.
— Безумие кроется в силе, но вот в безумии сила встречается не всегда. Все сложно и просто одновременно. Потом ты поймешь смысл моих слов. Ну и напарили же тут. Вся одежда мокрая. Подвезешь меня до дома?
— А потом остаться на палочку кофе?
— Само собой, разумеется.
— Звучит как план, но я думаю, что тетя Женя будет не в восторге, хотя мне лично как-то фиолетово на то, что она снова обидится. Это же тоже отчасти вычитание, да?
— Конечно, только негласное.