Кариатидою смотрю на вас, атланты,И умиленья не скрываю больше слёз.Господь и мне когда—то дал таланты,Но я зарыла их на сорном поле грёз.Теперь откапывать хожу я их ночами —На кухне собственной, орудуя пером,Отмаливая грех стихами и свечами,Пока не подогнал свою ладью Харон.Господь наш щедр, рабы его ленивы.Рассеян взор был мой, соблазн в себе тая.Я что—то сеяла, но так скудны поливы.Сегодня урожай свой собираю я:Художник из меня не получился.Не вышел от науки кандидат.Фотограф был, но, видно, отлучился.Поэт – неискушённый, как примат.Но всё ж я ремесло свое не брошу.Пишу, годам и мненьям вопреки.Теперь не надо быть ни для кого хорошей.Симпатий нет у Стикса, у реки.Она уносит всех равно бесстрастно.И не исчезнет в ней бесследно лишь атлант.А я пишу – «о жизни тленной и прекрасной»,Вернуть трудом пытаясь преданный талант.<p>***</p>Я постигала звукопись стихов.Они ко мне приходят тайно ночью.А поутру, освободясь от сна оков,Я собираю их осколки, клочья,Чтобы сложить в причудливую быльИ незеркально отразить реальность,Пока мой мозг реакций не забылНа форс—мажор и просто на банальность.Как бусы нижутся, к словам словаПодходят иль меняются местами,Их извлекает из шкатулки голова,А я нижу безмолвными устами.Останется замочком их скрепить —Метафорой или нежданным словом,К чьему—нибудь вниманью прикрепить,Чтоб заиграли смыслы блеском новым.
