Не меньшие финансовые затраты понесло РАО «ЕЭС России» в связи с использованием Бревновым по личным делам самолета ИЛ–62М авиакомпании Авиаэнерго для полета по маршруту Москва — Цинциннати (США) — Москва. Указанный самолет с 13 членами экипажа и одним пассажиром, председателем правления РАО «ЕЭС России» Б. А. Бревновым, вылет ел из Шереметьево–1 (везде — время московское) в 00.35 6 декабря 1997 года и приземлился в аэропорту Цинциннати в 12.09 того же дня. Обратно самолет вылетел в час ночи 9 декабря и приземлился в аэропорту Шереметьево–1 в 11.15. На борту самолета, кроме экипажа, находились еще пять пассажиров: Б. А. Бревнов, Джордж Бревнов, Гретхен Уилсон, Натали Уилсон и Лорел Гаррет. На момент проверки в авиакомпании Авиаэнерго отсутствовали документы, которые могли бы являться основанием для проведения полета, определения его цели, а также для подтверждения летных расходов. Фактические расходы авиакомпании по данному рейсу на момент проверки составляли 77 340 долларов, но и они не являлись окончательными, поскольку авиакомпании Авиаэнерго не были выставлены к оплате все счета по расходам, произведенным за рубежом. Проверкой было отмечено, что договор на перевозку Б. А. Бревнова и членов его семьи между ОАО Авиаэнерго и Бревновым не составлялся и не был представлен комиссии при проверке. Отсутствовала и калькуляция расходов на полет Бревнова и членов его семьи.
Собранные группой А. И. Салина в ходе проверки материалы были рассмотрены 16 января 1998 года на заседании коллегии Счетной палаты РФ, которая установила, что при попустительстве представителей государства по управлению государственным пакетом акций РАО «ЕЭС России» в акционерном обществе, 52% акций которого находится в федеральной собственности, необоснованно и бесконтрольно расходуются значительные суммы в рублях и иностранной валюте на цели, не связанные с производственной деятельностью. Факт злоупотребления служебным положением председателем правления РАО «ЕЭС России» Б. А. Бревновым был налицо.
Отчет по результатам проведенной Счетной палатой РФ проверки был направлен Председателю Государственной Думы РФ Г. Н. Селезневу 21 января 1998 года. В свою очередь Государственная Дума РФ, рассмотрев данный отчет, приняла постановление № 2295–П ГД от 18 марта 1998 года, в котором предписала материалы проверки Счетной палаты РФ направить в Генеральную прокуратуру РФ для решения вопроса о привлечении к ответственности должностных лиц РАО «ЕЭС России», виновных в нанесении ущерба государству.
Всем, кто наблюдал за развитием этой ситуации, показалось, что зло может быть наказуемо.
Однако создавалось впечатление, что сам виновник организационно-воспитательной суеты воспринимал все происходившее отстраненно. Именно в этот период Борис Анатольевич с головой погрузился в подготовку к помпезному празднованию Дня энергетики, состоявшемуся 20 декабря 1997 года в Большом театре. Новому руководителю правления было невдомек, что проводить какие-либо торжества в непростое для ЕЭС страны время — это все равно, что затевать веселый пир во время чумы. Видимо, ему хотелось во что бы то ни стало, пусть даже путем очковтирательства, подправить в глазах государственных и законодательных органов страны свой существенно подмоченный имидж.
Над подготовкой праздника трудились многие функционеры, но самое большое старание проявил С. К. Медведев, возглавлявший департамент общественных связей РАО «ЕЭС России» с ноября 1997 по июль 1998 года. Он, в полном смысле этого слова, «выбивал» тексты поздравительных приветствий от многих известных в стране официальных лиц. Но даже бывшему пресс-секретарю Президента РФ, известному тележурналисту не по силам было внести живую струю в текст программы реформирования российской электроэнергетики, прозвучавшей с трибуны торжественного собрания из уст новоявленного Хлестакова.
Выступление Бревнова прозвучало заупокойной молитвой по безвременно канувшему в Лету авторитету РАО «ЕЭС России». Присутствовавшие на праздновании не могли не заметить, что до каких-либо успехов новому председателю правления было еще далеко, а вот неудач уже набралось с избытком. Тем не менее собственный бенефис, устроенный Борисом Анатольевичем при огромном стечении «нужных» людей, состоялся и обошелся компании в 800 млн. рублей.