— Фрау Витт, мы сейчас заканчиваем. Я надеюсь, что вас немного успокоит, если вы узнаете, что сердце на самом деле настоящее…
Конечно, оно настоящее — истекающее каплями, воняющее разложением сердце, конечно, не продается в магазине для всяких шуточных изделий.
— Однако это не сердце человека. Один из наших коллег весьма уверен, что оно — овечье. Внутренности овец можно купить у каждого мясника, но такое определенно не продается каждый день. Может быть, мы с помощью этого сердца выйдем на след.
— Я бы купила такое из морозилки, — вслух размышляет Дерия.
— Что, повторите, пожалуйста?
— Такое глубоко замороженное мясо продается почти в каждом магазине для домашних животных. — Ее голос звучит глухо. Она так устала. — Для собак и котов. Кормление сырым мясом, костями и внутренностями довольно популярно.
Она сама когда-то попыталась так кормить Одина, но он все испортил. Единственное, что он признавал, был фарш из говядины, и даже его он только немножко облизывал.
— Значит, скорее всего будет недостаточно просто опросить сотрудников мясных лавок. Да, это было бы слишком просто, — полицейская вздыхает. — Тем не менее мы, конечно, дадим распоряжение исследовать, действительно ли это овечье сердце, чтобы вы знали это определенно. Но тем не менее, вы можете быть спокойны — все это является ужасно безвкусной и глупой шуткой. Кажется, здесь речь не идет об убийстве.
Этого еще только не хватало!
— Разрешите вас спросить о чем-то личном? — Голос служащей теперь становится тихим. Дерия чувствует никотин в ее дыхании, она, наверное, подошла ближе к ней. Женщина делает такой жест, словно охватывает всю квартиру, в которой полиция все пересмотрела и оставила Дерию в хаосе. — Вы сами справитесь?
Дерия слабо кивает. Она теперь ничего не хочет, кроме как спать. Она уже настолько устала, что даже если бы в квартире была дюжина полицейских, то все равно бы бросилась в постель и уснула.
— Я купила новый цилиндр для дверного замка, — говорит она, когда ей не удается так легко избавиться от полицейской. — Как только я его поставлю, он больше не сможет войти. Я бы поменяла замок и раньше, но…ну да, я уже только что все рассказывала вашему коллеге.
— Я не это имею в виду, — спокойно говорит полицейская. — Я не хочу залезать вам в душу, но мне кажется, что вам все-таки нужна некоторая помощь.
— Моя подруга, конечно, еще зайдет ко мне.
— Хорошо. Позвоните ей, фрау Витт, поговорите со своей подругой или с кем-нибудь другим, кто вам близок. Вы сегодня действительно не должны оставаться одна. Я дам номер телефона, где вы можете получить бесплатную консультацию.
— Как справиться с преследующими тебя бывшими мужьями? — спрашивает Дерия со слабым интересом. Она изо всех сил надеется, что полицейские найдут Роберта и докажут, что он совершил преступление. Поэтому не будет проблемой добиться от суда однозначного решения, запрещающего ему любое приближение к ней.
— Да, это тоже. Но я думала скорее о принципиальной проблеме, — говорит полицейская. Она дает Дерии свою визитную карточку.
Дерия слишком устала, чтобы прочитать ее. Буквы танцуют перед глазами.
Двое полицейских остаются дольше, чем остальные, и помогают ей вставить новый замок. Они трогательно заботятся о ее безопасности, но в качестве благодарности даже не хотят выпить кофе или чаю. Дерия очень старается скрыть это, но ей становится легче, когда и эти двое наконец уходят. Она закрывает дверь изнутри и опускается на пол в коридоре. Один тут же выходит из своего укрытия под кухонным уголком, куда он спрятался, пока вокруг было много чужих людей. Его шерсть от затылка до кончика хвоста все еще стоит дыбом, и он недоверчиво обнюхивает каждый сантиметр пола, прежде чем ступить на него.
— И что мы будем делать теперь? — спрашивает она его, но и он не знает ответа.
Дерия почти засыпает на полу. Нет, это не хорошая идея. Она должна проверить комнаты. Теперь здесь новый замок, и ее четыре стены снова безопасны… А если преступник в то время, когда полицейские входили и выходили и дверь постоянно была открытой, незаметно проник внутрь? Дерия обыскивает каждую комнату. Сначала окна — все они должны быть закрыты. Она заглядывает в душ, в шкаф для одежды, за диван, она открывает ящик кровати, каждый кухонный шкаф и в конце концов ложится прямо на пол, чтобы карманным фонариком посветить под кухонный уголок, где любит прятаться Один. Ничего. А что, если она что-то проглядела? Она начинает все сначала. Шкаф для одежды и ящики кровати.
Осмотрись основательно, Дерия, иначе ты не заснешь и на пять минут. Она ничего не находит. Только ее усталость усиливается. В глазах начинает рябить. Иногда ей кажется, что на долю секунды она видит полностью разворошенную квартиру, и теперь ей придется идти через отбросы. От этого у нее сердце начинает биться сильнее, одно представление о мусоре и грязи заставляет ее сжаться. Она ненавидит беспорядок.
