– Ну что ж, пусть позавидуют немножко… – и она, обхватив его руками, демонстративно стала целовать его в шею…
Её радовала эта компания – вроде уже взрослые, а вроде и совершенные дети… Ей хотелось играть с ними… Но играть по-взрослому.
– Макс – это наш водитель?
– Ага. Он недавно права получил. Теперь везде рулит.
– Чего вы там про меня говорите? – обернулся Макс. – Еду, как могу!
Саша посмеялась и потрепала водителя за волосы.
– Отлично едешь! Ты у нас такой молодец! Всех нас, бездельников, везешь. Максик…
Атмосфера рок-фестиваля ощущалась уже за несколько километров до места назначения. Пробки, начавшиеся еще на выезде из города, здесь достигли максимальной концентрации. Всё смешалось в едином пекле. Из открытых окон машин торчали панковые «попугаи», косухи, напульсники, бритые лысины с бородами и, наоборот, длинные волосы и бритые бороды. Из некоторых окон торчали флаги и раздавалась громкая музыка и радостные крики. Публика разогревалась. Странное волнение, воодушевление и предвкушение чего-то стОящего передавалось, как болезнь, от одной компании к другой. В этом потоке как-то странно смотрелись случайно затесавшиеся машины дачников с велосипедами на багажниках и с собачьми мордами в окнах, да и просто проезжающие мимо мирные граждане.
Максик немного растерялся в бурном потоке машин. Он стоял, пропуская всех вперед, и не решался выехать на другую полосу. А сзади начали копиться машины. Кто-то начинал сигналить.
Наконец, одна из машин, стоящих за ними в ожидании движения, с агрессивной аэрографией на борту, вырвалась из ряда и поравнялась рядом. Музыка, грохочущая из неё, оглушила всю Сашину компанию знакомым рёвом Линдеманна. Из открытых окон на них не слишком-то дружелюбно смотрели пять взрослых мужиков в косухах…
– Эй, герой! – крикнул водитель. – Ты не слишком-то торопишься на открытие…
Все притихли. Саше не понравился вектор этой ситуации. Она вдруг дружелюбно улыбнулась соседским мужчинам и, кивая головой в такт их музыки, стала громко подпевать: «Майн херц брент!… Зи коммен зу ойх индер нахт… Ну? Поддержите старика Тилля, мальчики!..»
Суровые «мальчики» заулыбались.
– Ты недавно за рулем, что ли? – крикнул водитель Максику. Тот кивнул. – Пристраивайся за мной, да понаглее, нечего всех подряд пропускать… Щас доедем. – и стартанул вперед.
На его «хвосте» они быстро добрались до места назначения, но на открытие все же опоздали. Поставив машину за пару километров от действа, они еще долго пробивались сквозь толчею. Многие ставили палатки прямо здесь, среди машин, кто-то тащился, как вьючные животные, в палаточный городок. На входе всех обыскали металлоискателем.
– Открываем сумки! – привычным скучающим голосом говорил охранник. – Выкладываем оружие, ножи, бутылки и консервы. После окончания заберете.
Саше всегда было интересно: а реально кто-нибудь приходит, чтобы забрать, скажем, свою отпитую колу среди сотни таких же отпитых? Кто-то особо не брезгливый?..
Какая-то странная компания в мундирах десантников подняла бузу:
– Командир, а чем я колбасу резать буду? Давай решим по-братски…
«Интересно, сколько раз сегодня он уже слышал эту фразу?» – подумала Саша. «Командиру» было вовсе не интересно, чем эти тысячи людей будут нарезать свою колбасу, и он однозначно не собирался решать этот вопрос. Саша была безумно рада, что в это время их пропустили и избавили от дальнейших наблюдений.
Решили идти сразу к сцене. Чем ближе она была, тем больше вокруг становились толпы. Кто-то тусил, кто-то сидел на ковриках, кто-то просто лежал на земле. Встречались и целые семьи с детьми. Пацаны шумно обсуждали всё, что видели вокруг. Метров за 150 до сцены, заслышав знакомый трек, Саша бросила рюкзак на траву и села рядом.
– Всё, я дальше не пойду. Здесь идеальное место!
Пацаны запротестовали:
– Да вы что, пойдем ближе к сцене!
– Да вас там к вечеру затопчут в толпе! – отговаривала Саша. – Да что вечером, вас прямо сейчас децибелами сдует.
Но ребята всё же протиснулись дальше, а Артем сел рядом с Сашей. После шумной совместной дороги сейчас было особенно приятно остаться вдвоем и просто слушать любимую музыку. Волны тяжелого рока разливались по полю, смешивались с палящими лучами раскаленного Солнца. Казалось, они падали с неба, расплескивались на головы людей, принося в дар силу и созерцательное спокойствие. Усевшись поудобней, Саша закрыла глаза и впитывала в себя горячие лучи Солнца. Почти нирвана…
Из нирваны её вырвали какие-то назойливые посторонние звуки. Саша с досадой открыла глаза. Невдалеке опять маячила форма десантников. Теперь они были еще и подвыпимши, и явно искали приключений. Проходя мимо мирных альтернативщиков, самый ерепенистый из «дембельнувшихся» специально толкнул плечом мужика в исписанной маркером джинсовке. Но тот только отодвинулся, снисходительно глядя на подвыпившую компанию.
– Терпеть не могу людей, которые мешают другим жить спокойно – начала нервничать Саша.
