Лишь однажды ей вдруг показалось, будто чей-то острый взгляд остановился на ее лице. У нее реально возникло ощущение прикосновения к коже, но когда Лера стала озираться вокруг, пытаясь понять, кто смотрел на нее, то ничего не заметила – горожане вышагивали по улице по своим делам, и казалось, никому не было дела до четырех юных девушек, изящно прогуливающихся под ласковыми лучами полуденного солнышка.
Подруги заметили ее беспокойство, и Бо Ра спросила:
– Что такое, Со Хён? Ты кого-то увидела?
– Нет-нет, – поспешила успокоить ее Лера. – Просто смотрю вокруг!
Подруги с легкостью приняли это ее объяснение, но еще пару раз ощущение чьего-то взгляда посещало девушку. Правда, теперь она уже старалась не крутить головой, выискивая таинственного наблюдателя.
А вскоре Ми До и Бо Ра заторопились домой, и девушки распрощались.
Лера с Ха Юль тоже поспешила в поместье советника: все же непонятное внимание незнакомца (или незнакомцев) беспокоило ее, и девушка предпочла укрыться за надежными высокими воротами, охраняемыми воинами, которые служили королевскому советнику.
Глава 11
Так шли дни за днями, и постепенно она стала привыкать к новому укладу жизни, к новой внешности и новым, незнакомым ей прежде привычкам. Но однажды душевное равновесие было вновь грубо нарушено странным событием.
В покоях Леры стоял дорогой туалетный столик, привезенный чинскими купцами и за огромную сумму приобретенный советником Шим Оном для своей старшей дочери. Столешница из драгоценных пород дерева опиралась на две тумбы, в каждой из которых располагались по три выдвижных ящичка, украшенных инкрустацией. Но самое главное – столик этот был соединен с довольно большим зеркалом, в котором можно было с легкостью разглядеть себя, хотя стекло было не самого высокого качества, немного мутноватым, как на взгляд Валерии, однако же, каждый раз глядя в него, Лера видела отражение юной миловидной азиатки с большими раскосыми глазами, розовыми губами бантиком и аккуратным носиком. И темными, как самая безлунная ночь, волосами цвета воронова крыла – длинными и густыми.
Ухода за ними было много, и, наверное, у самой Леры не хватило бы терпения расчесывать их редким костяным гребнем с выточенными по вершине цветочными узорами. Но верная Ха Юль, с которой, как поняла из разговоров Лера, Со Хён росла с детства, готова была заниматься часами прической своей госпожи.
Как постепенно разобралась девушка с эталонами красоты здешнего общества, она считалась настоящей красавицей.
Однако взрослая, двадцатипятилетняя Лера Власова безумно скучала по своему конопатому зеленоглазому лицу и рыжим локонам. Она, конечно, предпочла бы свою родную внешность, да только кто ж ее спросит?..
Но девушка примечала, как воины из охраны поместья, служившие советнику Шим Ону, бросали на нее взгляды, полные чисто мужского интереса.
Особенно же отличился в этом один молодой стражник. Позже девушка узнала, что его звали Бён Хёк. Он был довольно симпатичным, с широкими плечами и сильными руками от постоянных тренировок с мечом. Командир охраны, обеспечивавшей безопасность богатого поместья Шим Она, не давал расслабляться своим подчиненным и гонял их на тренировках, что называется, «и в хвост, и в гриву».
Любопытная натура Леры не давала ей покоя, и однажды, исследуя территорию поместья, она оказалась на тренировочном полигоне, как девушка окрестила про себя просторную, утоптанную до каменной твердости площадку довольно далеко от господских зданий.
Там как раз шла очередная тренировка. Воины занимались спаррингом на мечах, проводя тренировочный бой. Лера увидела неподалеку от площадки лучащиеся восторгом мордашки младших братьев, прятавшихся за стволами раскидистых сливовых деревьев, и понимающе хмыкнула: озорники опять удрали из-под присмотра взрослых и, затаив дыхание, наблюдали, как взрослые сильные мужчины отрабатывали приемы боя. Над площадкой раздавался звон мечей, слышалось шумное дыхание воинов, крики, сопровождавшие особенно удачные удары тренирующихся. Лера незаметно для малышей подошла к ним со спины, так что ни один, ни второй до поры, до времени ничего не замечали, а потом негромко сказала:
– А матушка в курсе, что вы здесь?
Мальчишки синхронно взвизгнули от неожиданности и присели на корточки, пытаясь таким образом спрятаться от старшей сестры. Но было уже поздно. Лера строго сказала:
– Разве вам можно тут находиться? Матушка будет недовольна!
– А ты сама-то, сестрица! – огрызнулся старший, Шим Хви. – Девушкам тоже нельзя сюда приходить!
– Это почему же? – усмехнулась Лера.
– Потому что тренировки с оружием – это не женское дело! – убежденно ответил мальчишка.
– А если мне будет грозить опасность?
– Для этого есть мы, мужчины! – гордо произнес младший, восьмилетний Шим Гёль, и девушка расхохоталась – так потешно прозвучала эта фраза в устах малыша.
Ее звонкий смех не остался незамеченным – головы воинов начали поворачиваться в их сторону, и Лера, досадливо прикусив нижнюю губу, заметила, что начальник охраны, командир Дон Гиль, слегка нахмурился и, оставив своих подчиненных, направился к ним:
