Разглядывая его, Куова обратил внимание на крестообразный жезл в руках колдуна: тот был покрыт формулами заклинаний и инкрустирован ярким лазуритом, что свидетельствовало о наградном характере артефакта. Не исключено, что Абрихель заслужил фокусирующий жезл как ветеран одного из локальных конфликтов – не стоило его недооценивать.
– Я долго следил за тобой. Ты не бродяга-горец, правда же?
Этого следовало ожидать. Удивляло лишь, что колдун так долго выжидал.
Вновь послышалось шуршание, теперь уже более громкое, почти паническое.
– Ты знаешь, что я могу испепелить тебя одним щелчком пальцев? Почему ты не боишься? Только не рассказывай мне сказки про Спасителя.
Колдун начал обходить Куову, переступая с ноги на ногу так, будто ходил по упругим пружинам.
– Незримая нить роднит тебя со мной! Но не пойму, какая… Даже если ты неудавшийся адепт, я не почувствовал древнего дара в твоей крови. Искусство формул. Неужто ты… Ты в самом деле пришёл ко мне с пустыми руками?
Куова в ответ только пожал плечами.
– Что ж, быть может, меня взаправду хранит воля Спасителя.
Колдун громко цокнул и раздражённо покачал головой:
– А ты упрям, погляжу. Впрочем, другого я от тебя не ждал.
Увиливания Куовы не принесли желаемого эффекта – пожалуй, время для шуток осталось позади. Лицо Абрихеля внезапно посветлело, сделалось до неузнаваемости открытым и дружелюбным.
– Да, в этом мы схожи. Не мог бы я, как и ты, стоять на площади, кормить толпу сладчайшими посулами, не мог бы?..
Он раскинул руки в стороны и блаженно улыбнулся, грубо копируя позы провозвестников с храмовых барельефов.
– О, я восхищён! Разнести вдребезги храмовые догматы! Надо же… А всё потому, что некто вложил тебе в голову знания…
Он выставил кулак перед собой и провозгласил:
– Знание – сила!
Куова вдруг вспомнил главный принцип, движущий колдуном. «Сила, верно. Ведь собственная слабость тебе противна, как ничто другое».
Абрихель медленно и почти торжественно воздел фокусирующий жезл к потолку. Жезл ярко вспыхнул лазурным светом во мраке и тут же потух. Затем колдун несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, как будто ему нужно было настроиться на другое состояние. Его глаза слегка потемнели, приобрели более естественный оттенок.
– Одного не пойму. Вот этот юнец – Артахшасса – чуть ли не в рот тебе заглядывал, а теперь? Вместе с другими отщепенцами из жандармерии примкнул к реакционерам. Что же случилось?
Он постучал пальцем себе по виску.
– Ты взрастил диву. Думаешь, сумеешь с ним справиться?
Он печально вздохнул, не отрывая взгляда от Куовы.
– По правду говоря… мне его даже жаль.
Хороший момент. Куова решился на провокацию.
– Жаль? – переспросил он. – Детей ты похищаешь тоже из жалости?
– Я никак не навредил ему! Хоть сам у него спроси.
Колдун помотал головой.
– Мне всего-то нужен был предлог, чтобы выманить тебя подальше от лишних ушей. Чтобы ты раскрыл свой секрет!
Он провёл ладонью по лицу, снова вздохнул.
– Я сильно недооценил тебя при первой встрече. Тогда! Тогда я думал, что ты просто сумасшедший бродяга. Поверил в байку о просвещённом отшельнике с гор. Но ты никогда не жил в горах.
Абрихель хрипло рассмеялся.
– Конечно же, нет, – продолжал он. – То, как ты говоришь, как держишь спину, как смотришь… ты человек степи, как и я. Горы стары, но истинная сила кружит в степях, вот где настоящий колодец – понимаешь? О, по глазам вижу, что понимаешь! Ты ведь тоже адепт, или был им когда-то, признай наконец. Ты отказался от древнего дара? Или научился мастерски скрывать его? Как это возможно? Ответь мне!
Клубы тёмной магии начали скапливаться вокруг навершия его жезла. Колдун сплюнул.
– Похоже, я только зря трачу с тобой время! Первосвященник, президент, жрецы, багровые десятки – пыль, что исчезнет во времени. Но знание хранит силу, и я добьюсь его от тебя.
Колдун взмахнул жезлом в сторону Куовы. Тот отступил на шаг, чувства обратились внутрь, пробуждая копившуюся годами энергию на случай, если Абрихель атакует.
Положение уже не подразумевало иного исхода.
– Я – старший адепт Храма, Калех. Это не пустая похвальба. – Он протянул ладонь, сжал худые пальцы, и над кулаком ярко вспыхнули золотые искры. – Этими заклятьями я сжигал мятежные аулы и развеивал их пепел на ветру. Ты слышал про зачистку в Незарве? Мне уже доводилось обращать жизнь в ничто. А тебе?
– Не мелко ли с такой мощью набрасываться на бродягу вроде меня? – насмешливо откликнулся Куова.
Довольная ухмылка. Сама поза колдуна кричала о мнимом превосходстве.
– Не бойся, мне нет смысла убивать тебя, но кое-что новое о боли ты узнаешь!
Абрихель атаковал первым, с его пальцев сорвались мерцающие оранжевым фрагментированные струи энергии. Куова наскоро выкрикнул защитный напев, ощутил знакомое чувство приятного головокружения, когда сила изнутри сформировала перед ним перламутровый щит. Барьер пронзительно зазвенел от удара, но устоял. Абрихель расхохотался.
– Так ты всё же что-то умеешь! – воскликнул он и сплёл новое заклинание.
