– Понимаешь ли, я уже говорила, что человеческая психология чужда нам. В том числе и войны. Сначала мы думали, что это пережитки первобытных инстинктов, оставшиеся от животных. Мы не могли взять в толк, для чего люди убивают себе подобных, и старались держаться в стороне, думая, что ваша цивилизация перерастёт этот этап, и жажда крови утихнет. Тогда мы ещё не поняли, что война – у вас в крови. Вы просто не видите, как жить иначе! Но что оставалось нам? Скатиться до вашего уровня и отстаивать с оружием в руках свои земли? Тем более, что у нас не было понятия разделения земель. Мы жили на этой планете и считали её своей, точнее не задумывались об этом вовсе, просто жили.
– Но теперь то стало ещё хуже! Теперь у вас вообще ничего нет. Вы собираетесь кучками в лесах, и то вас ловят! Разве это лучше?
Эруан печально улыбнулась.
– Для нас всё не выглядит так уж плохо, все народы переживали тяжёлые времена. Но здесь начинается то, что я уже не в праве тебе объяснить. Я об этом предупреждала…
– Ну хорошо, а что с вами теперь?
– Раньше мы скрывались в лесах, но сейчас вы проникли и туда, пронзили на сквозь все потаённые уголки мира! (– Эти слова были произнесены почти как обвинение)– А мы смешались с вами. Живём в ваших домах, некоторые даже ходят на работу… но мы не теряем связь друг с другом!
– Вот видишь, – Произнесла я – Вы не хотели жить по правилам людей, и не стали за себя сражаться, а теперь всё равно живёте по нашим обычаям.
– Я с тобой не согласна! – Возразила Эруан. – Просто я не могу тебе этого объяснить.
– Нельзя?
–Да.
– Таким образом мы уступили землю человечеству. И до чего же вы довели её! Но не будем сейчас об этом.
Как-то так.
– М да… – Только и могла ответить я.
– Теперь мой вопрос. – Продолжала Эруан.
Я была так захвачена историей, что даже забыла про эти вопросы.
– Если ты в ту ночь следила за нами издалека, то как оказалась на дереве раньше, чем мы вышли на поляну?
– Забежала вперёд обходным путём.
– А-а. Теперь мне и это ясно. А как на счёт тебя? Остались вопросы.
– Только запрещённые.
– Тогда я сама расскажу тебе кое-что, потому что теперь это и тебя касается.
– Ну давай.
– Ты знаешь, что произошло той ночью на полянке?
– Я всё видела, но ничего не поняла.
– Так вот слушай. Если ты хоть сколько ни будь приняла тот факт, что мы иная цивилизация, то другим людям, особенно учёным в это поверить труднее. Некоторые покачивали с собой, встретив на своём пути что-нибудь необъяснимое, разрушившее их складные, но ложные догадки.
– А я наоборот, всегда мечта встреть что-нибудь необъяснимое.
– Вот видишь. Детская психика пластичнее, но об нас узнавали не только дети. ДА, и не надо на меня так смотреть. Были люди, знавшие про наше существование. Ведь шило в мешке не утаишь. Иным мы открывались сами, если считали, что они готовы.
(Я сразу же приняла всё на свой счёт. Всё-таки было приятно думать, что высшая цивилизация, хоть и при таких странных обстоятельствах, считает МЕНЯ готовой).
– И кстати, к тебе это не относится. – Вдруг выкинула Эру, как будто прочтя мои мыли. – Если бы ты сама не подсмотрела, я бы ни за что тебе не рассказала!
– Но всё же, если рассказала, значит доверяешь. А то вдруг я пойду и донесу обо всём остальным.
– Ну, во-первых, тебе никто не поверит. Скорей всего примут за сумасшедшую, такие случаи были, так что поосторожнее.
Ну так вот, был один учёный, гениальный в своём роде человек, который путём исследований и умозаключений, пришёл к выводу о существовании другой расы, более продвинутой нежели его, но давно погибшей. Тогда, решив, что он готов, наши просветили его, но сделали ошибку. Не знаю, когда он сошёл с ума, опьянённый ли своим открытием, или тогда, когда его открытие само пришло к нему и заявило о своём существовании или, когда весь научный мир стал отвергать его идеи. Но в его воспалённом мозгу возникла навязчивая мысль, что мы причина всех зол на земле. Он исказил и переврал наши рассказы и решил бороться с нами. Один раз он в открытою напал на наш дом, когда мы спали. Он чуть не убил мою мать, но отец оставил на его правой руке глубокий шрам, от ножа. Но псих сбежал. То, первое убийство, произошедшее в этих краях несколько лет назад тоже его рук дело, а убитый – один из нас.
Долгие годы этот учёный строил планы и пытался выдать нас. Может причиной его злобы было то, что люде не поверили правде, которую он изрекал, и разоблачая нас, думал доказать им свои идеи, но нам не пристало разбираться в психологии душевнобольного.
Мы обезвредили его, как могли, и он оставил нас в покое. Но только на время. Прошлым летом он убил нашего друга и родственника, когда тот шёл на наше ежегодное собрание.
В голове сразу промелькнула новость о первом убийстве. Фотографии в чате… Да, теперь я вспомнила. В этот день Эруан отказалась приходить ко мне, сказав, что у неё важные дела, так значит…