Парни шутят и смеются, они как-то сразу свыклись с мыслью, что нашли наследницу графа, но восприняли это как очень интересную, необычную, увлекательную и весьма веселую… игру. У Ани ощущения игры не было. Напротив, ей вдруг стало немного тревожно и как-то не по себе, что ли. Может быть, потому, что она действительно поверила. И как только она задумалась, у нее сразу возникло множество вопросов, и самый главный: почему в семье об этом никто никогда не говорил? Как только возник этот вопрос, она тут же произносит его вслух. И сама отмечает про себя, с каким наслаждением, с какой легкостью она спрашивает совета у своих друзей. Как здорово, когда есть люди, с которыми можно все обсудить…
– Почему же в семье никогда ничего не говорили?
– Может быть, не знали сами? – Егор первым включается в обсуждение. – Столько лет прошло.
– А может быть, все-таки это колечко попало в нашу семью случайно, – предполагает Аня, – и историю тогда, конечно, никто не знает.
– А дар твой – тоже случайно к тебе попал? – тут же парирует Антон. – Взяли на базаре по случаю, поскольку за него недорого просили, а вещь в хозяйстве нужная…
Они смеются.
– Бабушка твоя должна была знать, что это за колечко, она же тоже даром исцеления владела, – задумчиво произносит Егор, – но почему-то не говорила тебе, хотя колечко отдала. Почему?
– А дома у вас остались какие-нибудь письма или документы старые? – Антон говорит медленно, тоже задумчиво. – Может, в них что-то есть?
– Не знаю, – виновато говорит Аня, – раньше я этим совсем не интересовалась. У меня только бабушкина шкатулка есть, но в ней бумаг нет, там только безделушки – сережки да брошки.
– Знаете что, – вдруг возбужденно говорит Егор, – давайте завтра сходим в краеведческий музей. Может, там что-нибудь про графа Стомбальо нам расскажут…
– Шансов мало, – прозаически остужает его пыл Антон, – нам учитель говорил, что документов почти не осталось, так, кой-какие черновики писем, деловые бумаги да записи по домашнему хозяйству. А архив, говорят, у него был… Исчез в революцию.
– Все равно сходить надо, – не сдается Егор, – ты со своим учителем десять лет назад общался, может, с того времени что-нибудь новенькое появилось.
– Да я не говорю, что ходить не надо, – с легкой досадой оправдывается Антон, – я говорю, что шансов мало, чтоб вы особенно не рассчитывали, что придете и все сразу узнаете.
– А ты что, с нами не пойдешь? – спрашивает Аня прямо и недоуменно.
– Да разве вы без меня справитесь? – с веселым возмущением удивляется Антон. – А кто будет обольщать сотрудниц, чтобы они с нами откровенно поговорили и допустили в святая святых – к документам? Этот салага, что ли? – Он кивает на Егора.
Все весело смеются. Егор не обижается, он знает, что Антон шутит. И потом, ведь на самом деле, может быть, у Антона, выросшего здесь, есть знакомые или знакомые знакомых… В общем, решено. Завтра они идут в музей. Телефон зазвонил, когда они уточняли время встречи.
– Мама, привет! – радостно говорит Аня в трубку. – Как дела? Вы уже дома? А что так рано вернулись?
Она извиняющимся взглядом смотрит на ребят. Они понимающе кивают: «Говори, говори».
– Ой, мам, у меня столько новостей, по телефону всего не расскажешь, но главное, знаешь, кого я здесь встретила? Нет, ни за что не угадаешь! Егора! Правда. Правда! – продолжает тараторить Аня. – Да, расскажу потом, да, все хорошо. Кто? Нет, я вроде никого не просила. – Аня пожимает плечами. – Ладно, мамуль, приедем – разберемся. Все, целую.
Она отключила телефон и недоуменно пожала плечами:
– Кто-то заходил, привет маме от меня отсюда передавал… Ой, Егор, тебе от мамы привет, она очень рада, что мы встретились.
Они еще немного поболтали, потом Егор вдруг заторопился, оставив Аню с Антоном доедать мороженое без него.
– Антон, как ты думаешь, – Аня задумчиво покручивает кольцо на своей руке, – это все правда?
– Не знаю, Ань. – Антон смотрит серьезно и спокойно. – Почему-то мне кажется, что правда, хотя в жизни бывают такие невероятные совпадения, что диву даешься. Действительно нужно проверить, может, дома у вас есть какие-то документы, может, письма или дневники. Вот вернешься в Москву, – на этих словах Антон вдруг помрачнел и даже запнулся, – в общем, поищешь, посмотришь.
