Вечером состоялся медицинский консилиум, или совет врачей. О решении ребятам не сообщили. А у Глаши испортилось настроение. Она поняла, к чему идёт дело. Но решила выждать, а потом уже действовать с умом.
Гоша тоже о чём-то догадался, и его губы сложились в горестную подкову.
-- Глашка, -- шепнул он, -- по-моему, Гульку отправят в какой-нибудь детский дом.
И из его глаз хлынули слёзы.
Глаша впервые в жизни не сказала ему, что он нытик и слабак. Она обняла его и тихонько молвила:
-- Сначала мы должны показать дружбу и взаимную пользу.
-- Это как? - удивился Гоша.
-- Сейчас проверим, -- загадочно произнесла Глаша и повела его в детскую, где Гулька учила Дашу переворачиваться со спины на животик.
Секунду-другую ребята наблюдали за занятием, которое веселило обеих девочек, потом Глаша спросила:
-- Гуля, а ты понимаешь, про что иногда орёт Дашка? Или о чём она мемекает?
Гулька возмущённо подскочила, насупила брови и сказала:
-- Даша говорит получше вас! И чтобы я больше про "орёт и мемекает" не слышала! Пожалеешь!
Дашка сжала кулачки и низким голосом протянула:
-- Гагга-гыгга.
-- Она просит вас уйти подобру-поздорову, -- перевела Гулька.
-- Ладно-ладно, -- не стала противоречить Глаша. - А она понимает, о чём мы говорим?
-- А то! - сказала Гулька.
Глаша обняла Гульку и что-то прошептала ей на ухо.
В общую гостиную, где взрослые смотрели телевизор, Глаша принесла Дашкин матрасик, затем сходила за сестричкой. На четвереньках примчалась Гулька.
Глаша заметила в глазах мам и пап грусть, когда они смотрели на Гульку. Веселье и развлечения будут им в самый раз!
-- А вот и наша Даша! - объявила Глашка. - Чудеса воспитания! Все смотрите и не говорите, что не видели!
Глаша положила сестричку на матрасик.
Крикливый младенец был на удивление спокоен.
-- А где наша мама Тоня? - спросила Гулька.
Даша посмотрела на маму и улыбнулась.
Мама Тоня с умилением тихонько похлопала в ладоши.
-- А где наш папа Гриша? - снова спросила Гулька.
Дашка улыбнулась папе.
-- А где тётя Надя?
Секунду Дашка не двигалась, потом лихо перевернулась на живот и уставилась на Гошкину маму.
-- А где дядя Петя?
Гошкин папа тоже получил улыбку.
-- А где наш друг Гоша? - торжественно и громко спросила Гулька.
Дашка повертела головой. Потом её слабенькие ручки и ножки подтянулись под тельце, попка приподнялась, и трёхмесячная Дашка очень тихо двинулась к портьере.
Врачи, то бишь родители, ахнули.
До портьеры Даша не доползла, плюхнулась отдыхать.
Глаша отодвинула занавес, а за ним обнаружился Гошка. Он сиял, как герой. В конце концов, сестра его подруги всё равно что его сестра.
Глаша сказала:
-- Моя Дашенька - очень умная девочка. Она с каждым днём умнеет благодаря воспитателю - Гульке!
Гулька подковыляла на кривых ножонках к младенцу, который уже заснул от усталости на полу, и сказала:
-- Сейчас будем уши и нос чистить.
Дашка мигом очнулась и произнесла:
-- Гагга-гыгга.
-- Это ругательство, -- перевела Гулька. - Может, в кроватку пойдём?
-- Гагга-гыгга.
-- Дашенька маму и папу любит? - спросила Гулька и скосила хитрющие глаза на родителей ребёнка.
-- Агу-агу, -- пропела Дашка.
-- Это означает - да! - провозгласила Гулька.
Дядя Гриша и тётя Тоня поцеловались с мокрыми глазами. А Дядя Пётр, не иначе, как от зависти, спросил:
-- Гуля, а кто твои родители?
Это был удар под дых. Гоша и Глаша даже зажмурили глаза.
-- Мамка - кикимора болотная, а папка - банник, -- доложила Гулька.
-- А где они сейчас? - с большим сомнением продолжил допрос дядя Пётр.
-- А не знаю, -- без всякой досады ответила Гулька. - Мамку, поди, в трубу засосало, когда усачовские вместе с вашими делали дренаж вокруг села и дач. А папка по баням шастает - захочешь найти, обыщешься.
Родители-врачи переглянулись.
-- И как же ты живёшь одна? - жалостливо спросила тётя Надя.
-- Да как птичка живу: где клюну, где наплюю, -- ответила Гулька.
-- Сколько ж тебе лет?
-- Наверное, сорок. Или пятьдесят.
В гостиной повисло нехорошее молчание.
-- Гулечка, -- начал дядя Пётр, -- есть очень хорошие дома, называются больни...
Он не успел договорить. По гостиной промчался вихрь. Где-то хлопнуло окно. Это Гулька покинула дом, который успела полюбить.
Глаша плакала навзрыд: ну вот, хотели показать пользу дружбы и общения, но только спугнули замечательную Гульку. Гоша со свирепым лицом сжал кулаки и ушёл в свою комнату. А Дашины родители, пытаясь успокоить младенца, опечалились. Они знали, что это не получится.
Глава вторая, в которой рассказывается, как Гоша стал страждущим и о том, как был найден домик Домового в саду
После исчезновения Гульки Дашу возили в коляске, носили на руках, клали в кроватку вместе с игрушками, но она не успокаивалась. Мама Тоня уже хотела искупать её в воде с валерьянкой, чтобы она заснула.
И вдруг за окном засвистела птичка. А в её пении послышались слова:
-- Ай люлюшеньки-люлю,
Сон в лукошке я несу,
Пусть дочурочка заснёт,
Сон ей радость принесёт.
Дашкины ресницы сомкнулись. Она засопела и проспала до утра.
