В страшной спешке, оставляя десятки возов с запасами еды, войско Палуки начало отступать в глубину края. Остановились они только лишь в Ленкне, который ну никак не был рассчитан на такое число воинов, тут же перестало хватать корма для лошадей и еды для людей. Тогда Палука с конницей направился в Шубин, но по пути попал в засаду, устроенную Барнимом в дремучем лесу. Сотню верховых потерял Палука, прежде чем удалось ему вырваться из окружения и пробиться в Жнин, который тут же был окружен поморцами, точно так же, как это вскоре случилось и с Ленкно. Защитники видели вокруг валов града сотни, а может и тысячи поморских воинов, по ночам светили им зарева пожаров — это поморцы палили вёски. Жнин не был приготовлен к долгой осаде, и чтобы питаться, Палука приказал убивать лошадей.
Четырежды Барним пытался громадной массой своих людей добыть Жнин, но его отбивали. Ему даже нанесли серьезные потери. Поморцы, не привыкшие к захвату градов, гибли от стрел и копий.
— Ну, и где добыча? — спрашивали у Барнима вождь гвдов, Радгост, и вождь харчиков, Фалимир. — Где то золото, что дешевле соломы? Мы спалили вёски, и теперь нам самим не хватает еды.
— Золото находится в градах. Их необходимо захватить, — твердил им Барним.
И, выделив из собственной армии ее третью часть, быстрым маршем направился он на Шубин, ожидая захватить неприятеля врасплох и захватить град без особых потерь, что и случилось, так как нападение получилось неожиданным. Так что Барним одержал очередную победу, награбил немного золота и драгоценностей, захватил в неволю множество мужчин и молодых женщин.
Но не знал он, что Пестователь уже захватил земли Ленчица Белого и, окончательно разгромив эстов, направился в Плоцк и во Влоцлав. Там же, освежив свои запасы продовольствия и провианта для лошадей, во главе пяти сотен лестков и пяти десятков воинов Нора, отправился он в дальнейший путь. Только вот не пошел он вдоль берега Висулы, которая от Влоцлава поворачивала на запад. Словно по тетиве лука прошел он через дружеской Голубской Земле, в Голубе переправился через реку Дрвець и очутился в краю эстских помезан, которые были слабы по причине понесенного недавно поражения, так что сдавались без боя. Случалось, что старцы из помезанских градов выходили к Пестователю с хлебом-солью, прося его милости, обещая накормить воинов и дать корм лошадям, пускай даже самим им пришлось бы голодать до нового урожая. Многие отдавались Пестователю в его пестование, так что присоединил Пестователь ту, прилегающую к Висуле, часть Помезании и отдал ее в управление Нору, приказав заселить эти земли полянами. Дойдя же до Висулы в вёске Швець, он переправился на другую сторону реки, уже на плотах и ладьях, ибо заканчивался месяц Бржезень, и воды были свободны от льда. А из Швець направился он на Тухоле.
Край перед ним лежал совершенно беззащитный, там не было воинов, которые ушли с Барнимом. И Пестователь оставался в каком-либо месте, в вёске или небольшом граде, столько времени, сколько требовалось, чтобы сжечь это место и перебить его жителей: стариков, женщин, детей и даже младенцев. Было начало месяца Травень, с голубым небом и белыми облаками, но его постоянно затягивали тучи дыма. От спешного и постоянного марша пали наиболее слабые лошади, только Пестователь все время подгонял воинов. Через неделю он подошел ночью к Тухоле, Даго дождался утра, когда же ворота городка открыли, Пестователь ворвался вовнутрь во главе своей конницы. Тогда он перебил всех жителей. От всего града в живых осталась только жена Барнима и трех его детей, которых он привязал веревкой к седлу лошади одного из воинов, после чего дал сигнал к возвращению, хотя опьяненные победой владыки советовали ему напасть теперь на земли харчиков и гвдов.
Тем временем, уже после первого штурма Барним понял, что Жнин гораздо сложнее захватить, чем Шубин. Тогда он отступил из-под Жнина и, сжигая деревушки и убивая людей, все свои силы он под Ленкно, а потом, после наступления, длящегося целый день, потеряв более четырех сотен своих людей, наконец-то захватил его. Застройки града горели. Поморцы насиловали женщин и брали в неволю молодых парней и девушек. Щитники долго защищались в горящем граде, так что, прежде чем захватить его полностью, Барним потерял еще сотню воинов. Но, радуясь победе, он приказал прикатить спасенную от пожара бочку сытного меда и уселся пировать с Радгостом и Фалимиром.
Барним как раз отнимал от губ ковш с медом, когда к нему подъехал какой-то воин на настолько загнанном коне, что животное тут же пало бездыханно, а воин передал известие о сожжении Тухоли.
— Твою жену и детей Пестователь тащит на веревке за своим конем, — рассказывал воин, с трудом дыша, так как был ужасно обессилен многодневной скачкой. — Сейчас он пошел против гвдов и харчиков.
Рассерженный Барним стукнул его по голове пустым ковшом, так что воин упал без сознания. Но тут же Барним приказал, чтобы гонца привели в себя, но лучше бы он этого не делал, так как услышанное перепугало его.
