— Жесть, — выдохнула Вера, — столько проблем из-за грёбаных традиций и страха. Тут вариант пробраться в его комнату как ниндзя даже не самый безумный. — Она помолчала и шутливо решительно кивнула: — Надо её похитить. Телепортом. Забрать из комнаты ночью в какое-нибудь красивое, уединённое место, поговорить и первую брачную ночь отрепетировать, чтобы потом, когда будет официальная часть, все относились к этому легче.
Министр горько рассмеялся и покачал головой:
— Вы не понимаете, о чём говорите. Там всё совсем не так и люди относятся к этому совсем по-другому.
— Любят все одинаково, — поморщилась Вера, — надо просто не бояться это показывать.
— Это сложно, — тихо сказал министр, глядя в огонь, Вера не нашла, что ему возразить.
В камине трещал огонь, Вера смотрела на качающиеся тени и краем глаза наблюдала за министром, так же молча смотрящим в огонь. Тревожные мысли бродили внутри как пьяные, из памяти всплывали несвязные сцены, весёлые и не очень — господин министр смеётся, господин министр опечатывает кастрюлю с тефтелями, господин министр читает ей вслух книгу по истории… Она отчётливо слышала его голос, видела книгу, могла записать по памяти название главы…
Внезапное озарение заставило её ахнуть, когда кусочки информации сложились и подошли друг другу.
— Я знаю! — поражённо выдохнула она, бросила на министра Шена хитрый взгляд и кивнула сама себе, увидела, как он напряжённо улыбается и приподнимает бровь, шутливо погрозила пальцем: — Любите же вы туман напускать!
— В смысле? — тихо спросил он.
— Тёплышко! — радостно заявила Вера, опять заставив его прыснуть, — иероглиф «тёплый» есть в вашей печати, поэтому вы сказали, что если я скажу это на людях, то кто кто, а вы точно обольётесь. — Он с досадой отвёл глаза, она хихикнула: — А когда я спросила, что это значит, вы не захотели переводить. Так это всё-таки имя?
— Нет.
«Дзынь.»
Вера улыбнулась и поправила на локте бесшумные «часы истины», вздохнула:
— Врёте.
— Не вру, — буркнул он.
«Дзынь.»
— Врёте, у меня часы есть, я знаю.
— Как? — нахмурился он, Вера интригующе улыбнулась:
— Расскажу и покажу, как только вы объясните, что за нелады у вас с собственным именем.
— Имя «Шеннон» происходит из восточной Ридии, там оно очень распространено, — недовольно пробурчал министр. — Почему отец меня так назвал, он никогда не объяснял, говорил, что ему просто нравится имя. Это название водопада в Маялу, и имя духа этого водопада, по легенде.
— Прикольно, — улыбнулась Вера, — и в чём тогда проблема?
— В том, что мы не в Ридии, — поморщился министр. — А в Империи по поводу имён свои порядки. А мой отец, конечно, очень хорошо говорил по-цыньянски, но он знал дипломатический язык, не имея представления о жаргоне и местных наречиях простолюдинов, он просто выбрал имя, какое понравилось, и первое, что сделали с моим именем имперские традиции — это отрезали от него половину, потому что к детям полным именем не обращаются. «Шеннон» превратилось в «Шен», что переводится, как вы успели заметить, как «тёплый». Лет до семи я отзывался на это имя и не видел проблемы, но когда начинается учёба, учителя обращаются к ребёнку полным именем, это традиция, а полное Шен Он переводится как «тёплый ветер», но звучит очень похоже на Шен Нон, а это переводится совсем по-другому.
Он допил чай и отставил чашку, хмуро отвернулся и замолчал. Вера сидела, вжавшись в кресло и ожидая неизвестно чего, внутри медленно покачивалась только одна мысль.
«Тёплый ветер… Южный Тёплый Ветер…»
От этой мысли хотелось беспричинно улыбаться.
— Продолжать? — хмуро буркнул министр.
— Как хотите, — тихо сказала Вероника и поставила чашку на столик, задрала рукав и сняла «часы истины», протянула министру Шену:
— Сбоку переключатель, звук можно включить и выключить. Мастер сказал, что "снял матрицу" с тех часов, которые я приносила на ремонт.
Министр заинтересованно взял у неё часы, чуть улыбнулся и сказал:
— Тепло сегодня, — тут же дёрнулся и тихо рассмеялся: — А, вот как они работают! А я-то думал, там что-то телепатическое… а всё просто, оказывается. Здорово. Вы придумали?
— Угу, — с затаённой гордостью улыбнулась Вера, он кивнул:
— Возьму на вооружение. — Положил «часы» на столик, взял себе ещё персика и откинулся на спинку кресла, стал смотреть в огонь, опять мрачнея на глазах. Вероника тихо попросила:
— Расскажите легенду про водопад.
Он пожал плечами и кивнул:
