Мои денежные дела плохи, хуже обычного. Что нового у Вас?
Зозуля передаст Вам скромный мой презент — галстух.
Не забывайте и пишите!
Приветы Л<юбови> М<ихайловны> и мой.
Впервые.
16, rue Las Cases. Paris 7-е
5 января <1927>
Дорогой мсье,
я благодарю Вас за Ваше письмо. Я охотно дам Вам несколько страниц для первого номера «900»[1243]. Но как исправить перевод (с русского на французский)? Переводчику можно заказать, но это должен сделать журнал. Не правда ли? Я был бы рад Вас повидать как-нибудь у себя. Я почти всегда дома от 6 до 8 вечера.
Искренно Ваш
Впервые — Х2, 189. Подлинник — в собрании наследников адресата; экспонировался на выставке «Москва-Париж». Москва, 1981. Пер. с фр. И.И.Эренбург.
Нино Франк — итальянский журналист, живший в Париже, издатель журнала «900»; приятель ИЭ тех лет — см.:
Париж <в Москву,> 22 января <1927>
Новый адрес:
47, B-d Saint-Marcel, Paris 13-е
Дорогой Ефим Давидович,
говорят, что роман, о котором Вы мне говорили, уж начал печататься в «Огоньке»[1244]. Сдается, что не мешало бы мне выслать хоть по сему случаю журнал! Иначе, если даже я решу принять участие, не смогу.
Пленка с моим изображением на фоне парижского писсуара уже отбыла в Москву. Живем здесь по-старому тихо и кротко. Как нашли Вы Москву и как вспоминаете Париж? Надумали ли касательно переводов Вильона?[1245] Нужна монета! Отослали ли перышко?[1246] За все еще раз спасибо и сердечный привет от Любови Мих<айловны> и меня.
Впервые (с купюрами) — Х2, 192. Подлинник — РГАЛИ. Ф. 216. Оп.1. Ед.хр.351. Л.4
<Из Парижа в Москву, конец января — начало февраля 1927>
Дорогой Сергей Федорович, в книжном магазине здесь случайно увидел книжицу, почему-то окрещенную «Черной Переправой»[1247]. Ну, черт с ним, с именем. Не в этом счастье. Но денег я до сих пор не получил. Очень прошу Вас принять меры, чтобы мне выслали следуемое. Ведь отсюда я бессилен. Мак-Орлан тоже ни черта не получил, а между тем я наморочил ему голову, то есть вручил договор с Гизом и пр. Он твердо ждет своих ста рублей. Охраняя наше «национальное достоинство», пожалуйста, расследуйте сие! Как дела? Что нового в Москве? Пишете ли вы и что?
Я еду на две недели в Берлин и в Прагу и там, думаю, смогу пристроить среди других книг и «Мятеж». Пишите! Сердечно Ваш
Мой новый адрес: 47, B-d Sent-Marcel, Paris 13-е
Впервые — Х2, 192–193. Подлинник — ИМЛИ. Ф. 146. Оп.1.№ 10. Л.5.
<Из Парижа в Москву,> 27 февраля <1927>
Уважаемый Владимир Иванович,
очень горько, что мне приходится писать все нижеследующее и что между мной и «ЗиФ»’ом, с которым я хотел бы жить в мире и дружбе, залегла теперь тень умученного «Проточного».
Я только что вернулся из Германии, где пробыл несколько недель, и нашел здесь как Ваше письмо, так и № «30 дней»[1248]. Из Вашего письма я узнал о ряде ничем не обоснованных и никак не приемлемых купюр и тотчас же послал Вам телеграмму с просьбой печатание романа прекратить. Однако, сверив текст рукописи с напечатанным, я увидел, что это искажение романа пошло много дальше, нежели вы об этом пишете. Вы сообщаете о 10 купюрах. В первой книге журнала пятьдесят три
53
купюры. Это превосходит все мыслимое и является попросту надругательством над моим текстом. Вы печатаете вовсе не роман мой, а выдержки из моего романа, выдавая за мой роман и заставляя меня моей подписью за это нести ответственность. Огромное большинство пропусков не может быть даже оправдано ни в какой мере соображениями, скажем, «идеологическими». Это попросту выпуск всех мест, которые показались «излишками». Надо, мол, пропустить роман в 3 книжках и чтобы остался сюжет.
Слов нет, деньги мне нужны и я, как все, должен платить за хлеб, за квартиру, за бумагу, на которой пишу опускаемые Вами «излишки» прозы. Но ошибочно думать, что меня можно просто «закупить». Я на подобные искажения Вам согласия не давал. Вы рекомендуете «новый роман Эр<енбурга>», даете мой портрет на обложке и пр., но Вы обращаетесь со мной, как не позволит себе обращаться редактор с начинающим стихотворцем.
Ни разу, нигде мое произведение не было напечатано в подобном виде.
Я принужден настаивать на следующем:
1) печатание романа в журнале «30 дней» прекращается;
2) в ближайшем № журнала помещается следующая заметка (на видном месте!):
«Редакция журнала „30 дней“, печатая отрывки из романа Ильи Эр<енбурга> „В Проточном переулке“, принуждена была прибегнуть по техническим условиям к ряду сокращений, не согласовав этого вопроса с автором. И.Эр<енбург> просит нас указать, что за напечатанные в таком виде главы он никакой художественной ответственности не несет»[1249];
