3) о всех купюрах, которые могут быть в отдельном издании романа, Вы предварительно извещаете меня, дабы выяснить, мыслимо ли в таком виде издание книги.
Напоминаю лично Вам, Владимир Иванович, что включив в договор параграф о праве купюр, вы заявили мне, что это лишь «общая форма всех договоров» и что никогда вы этим правом без крайней необходимости не воспользуетесь.
В СССР вышли в неприкосновенном виде без купюр такие книги, как «Курбов», «Жанна», «Лето» и пр. Роман «В Проточном переулке» не «страшнее» этих книг. Значит ли это, что «ЗиФ», с которым я связался более тесно, нежели с другими издательствами, менее всех склонен защищать мои интересы, как автора?
Еще раз повторяю, уважаемый Владимир Иванович, что мне горько обращаться лично к Вам с таким письмом. Я верю, что Вы сами найдете все мои претензии справедливыми и удовлетворите их.
Искренно Ваш
Мой постоянный адрес: 47, B-d St. Marcel Paris 13-е
Впервые. Подлинник — ИРЛИ. PI. Оп.24. № 504 (бумаги В.А.Регинина). Л.235–237.
В.И.Нарбут являлся в то время директором ЗиФ'а и редактором журнала «30 дней».
<Из Парижа в Москву,> 27/2 <1927>
Дорогой Зозуля,
благодарю за письмо. О романе пишу Кольцову[1250].
Очерки, м.б., удастся впоследствии дать.
Я очень доволен поездкой в Германию и в Прагу. Повидал много занимательных людей и вещей.
С «ЗиФ»’ом у меня трагедия: они напечатали мой роман «В Проточном переулке» в обезображенном виде. В первой книжке «30 дней» 52 купюры. Это явное надругательство. Неужели я не могу больше печататься в СССР?
Послал им телеграмму с требованием печатание романа прекратить.
Перышко, пожалуйста, пошлите почтой по адресу:
Я.И.Соммер[1251]. Саратов, Рабочая ул. 1-я линия, № 32 (заказная!).
Очень Вам буду признателен.
Видал в Германии скверный фильм «Метрополия» — сюжет украден частью у Вас. Знаете ли Вы об этом?
Л<юбовь> М<ихайловна> шлет привет.
Впервые. Подлинник — РГАЛИ. Ф.216. Оп.1. Ед.хр.351. Л.9
<Из Парижа в Москву,> 28/2 <1927>
Дорогой Сергей Федорович,
спасибо за письмо и за заступничество. Деньги наконец я получил.
В Германию и в Чехию ездил «людей посмотреть и себя показать». Поездка была удачной, т. е. очень занятной. В Берлине сейчас оживленно и немало там любопытного.
«Мятеж» у переводчицы Halperin (она же переводит Лидина, перевела «Цемент»[1252]). Надеюсь, дело выйдет.
«ЗиФ» поступил со мной свински. Начало «Проточного» в «30 днях» напечатано с 53 произвольными купюрами! Видимо, приходится отказаться от мысли печататься… по-русски.
Пишите!
Душевно Ваш
Впервые — Х2,196–197. Подлинник — ИМЛИ. Ф.146. Оп.1. № 10. Л.4.
<Из Парижа в Москву,> 28/2 <1927>
Новый адрес!
47, B-d St/Marcel Paris 13-е.
Дорогой Владимир Германович,
вернувшись из Берлина, застал Ваше письмо и книгу. Спасибо! Рад, что устраивается с Дозорцом все.
Я очень советовал чехам («Odeon») и немцам («Fischer-Verlag») издать «Корабли». Думаю, что дело выгорит. Немцами занята Halperin.
Посылаю Вам заметку из испанской «Gaceta Literaria». Послал на Ваш адрес[1253]. Послал на Ваш адрес также книги для Вс.Иванова, Леонова и Сейфуллиной — испанские переводы (я их адресов не знаю). М.б., удастся выслать им гонорары, хотя испанские издатели нечто вроде наших.
Поездкой я остался очень доволен — познакомился с разными писателями[1254] и видел много забавного. Когда Вы собираетесь за границу и куда? Думается, визу французскую можно будет устроить. Я и Савича уговаривал съездить сюда, но у него это вопрос денег — весьма туго ему[1255].
У Савича видел книгу Ваших статей[1256]. Пришлите!
«ЗиФ» меня истребляет. В первой книге «30 дней» напечатано начало «Проточного» с 53(!) купюрами (Все это не <1 слово нрзб>, а просто «исправление»). Я телеграфировал им, чтобы прекратили печатание. Но отсюда я бессилен. Неужели я вовсе не могу больше печататься в России? И что же делать?..
Пишите — не забывайте!
Сердечный привет от Любови М<ихайловны> и меня.
Впервые.
Париж <в Ленинград,> 20 марта <1927>
Шер ами,
очень обрадовался, узнав о твоих планах. Спешу тебе сообщить важнейшее: прежде всего необходимо подать заявление о своем желании ехать во франц<узское> консульство и заполнить соответствующие анкеты. Этим полдела будет сделано, а до этого в Париже ничего нельзя предпринять. Далее, узнай номер, под которым анкеты будут посланы в Париж, и дату отсылки. То и другое сообщи мне и твоей подруге в Париж. В анкетах тебе нужно будет привести «рекомендации», то есть имена двух французов (пол безразличен). Приведи имя твоей подруги и кого-нибудь из докторов или профессоров, которому сообщи одновременно об этом письмом, так как к нему обратятся за справками.
