– Давай руку, мама, – крикнула Анечка, взобравшаяся на леса раньше всех.
– Я сама…
В дощатом настиле, до которого благополучно добралась Ленка, радостно скалились забитые как попало гвозди. Им не терпелось разорвать в клочья пальто, возвращенное Ленке бандитом, и исполосовать ей живот. Не дождетесь! Осторожно перебирая ногами, Ленка сместилась по поперечной перекладине на левый край, где неведомый плотник потрудился загнать гвозди по самые шляпки. То ли трезвым был в этот момент, то ли, наоборот, благополучно опохмелился.
Так, теперь самое сложное. Ухватившись за шершавые доски обеими руками, Ленка оттолкнулась ногами от перекладины и подтянулась.
«Кра-а-к, – удовлетворенно пропели доски. – Э-эк».
Что-то неуловимо изменилось перед Ленкиными глазами. Она не сразу сообразила, что именно, а когда сообразила, то похолодела от кончиков пальцев рук до последнего ноготка на ногах. Леса кренились влево. Медленно. Неумолимо.
«Надо было взбираться точно посередине», – запоздало подумала Ленка. Она видела перед собой перепачканное личико дочери, которая, не понимая, что происходит, все тянула и тянула ей свою ручонку. Фигура девочки тоже постепенно смещалась на фоне бетонной стены.
– Давай же руку, мама. Не бойся, я тебя удержу, я сильная.
Ленка хотела ей ответить, но язык у нее отнялся. Крен деревянного сооружения не только усиливался, но и ускорялся.
– Мама!
– А… Анечка…
– Замрите там, обе! – заорал снизу невидимый Леха.
Ленка и без того не находила в себе сил пошевелиться. Ее пальцы мертвой хваткой вцепились в доски, а ноги болтались в воздухе. Теперь ей было совершенно наплевать, что там на ней надето. Все, кроме ужасной высоты, потеряло значение. Даже время вдруг перестало существовать. Осталась только сплошная пустота. Она заполняла Ленку и все, что ее окружало.
Потом леса качнулись в обратную сторону, и все встало на свои места. Вначале возвратилось леденящее ощущение миновавшей опасности, потом нахлынули все пережитые разом страхи, и самый первый среди них – страх за Анечку.
Бандит, в который уже раз, снова не позволил своим пленницам погибнуть. Заметив неладное, он по-тарзаньи повис на руках, восстанавливая равновесие лесов. Сквозь щели в досках Ленка видела его покрасневшее от натуги лицо и перекошенный рот. Парень вряд ли когда-нибудь занимался гимнастикой.
– Медленно перейди вправо, – прохрипел Леха. – Залазь наверх по центру… Курица безмозглая, – не удержался он, когда Ленка присоединилась к дочери.
Сопя и приглушенно матерясь, Леха добрался до перекладины, на которой недавно стояла Ленка, и растопырил руки, поудобнее хватаясь за помост.
Удар ногой в лицо, и он полетит вниз. Не хватит одного удара, можно добавить – по беззащитным пальцам. Но Ленка не смогла заставить себя действовать. Леса, на которых находились они втроем, казались ей самой ненадежной в мире конструкцией. Смотреть вниз было все равно что думать о неминуемой смерти. Стоящее на земле корыто, в котором когда-то замешивали раствор, было на вид не больше спичечного коробка, а ведь, проходя мимо него, Ленка подумала, что в таком бегемота искупать можно. Увидит ли она снова это корыто вблизи? Ощутит ли опять твердую почву под ногами?
– Так, теперь дружненько встали, – распорядился Леха. – Смелей.
– Ветер, – пожаловалась Ленка.
– Не сдует.
Неуверенно выпрямившись в полный рост, Ленка увидела, что деревянную платформу, на которой они стояли, отделяет от ближайшего железобетонного перекрытия расщелина шириной не менее полутора метров. Целая пропасть.
– Прыгайте, – велел Леха, вытаскивая из-за пояса пистолет. – Скок-поскок.
До того, как дочь показала ей пример, Ленка была абсолютно убеждена в том, что лучше умрет на этих проклятых лесах, чем перешагнет через головокружительную высоту. Оказалось, сделать это очень просто, когда в твою дочь целятся из пистолета. Переступаешь пропасть, как лужу – раз, и готово. И по перекинутой на следующее перекрытие доске тоже идешь довольно уверенно. Потому что первой опять прошла Анечка. Маленькая, проворная, легкая. Доска под ней даже не прогнулась, а под Ленкой пружинила так, что сердце замирало у нее в груди. Но все обошлось. Не будь вооруженного бандита за спиной, можно было бы сказать, что жизнь прекрасна и удивительна.
Балансируя растопыренными руками на манер канатоходца, Леха перебрался к пленницам и предупредил:
– Другой дороги сюда нет, отсюда – тоже. Так что о побеге даже не мечтайте. Я до утра не усну, дело привычное. Попытаетесь смыться, столкну вниз, и всех делов. – Схватив Ленку за воротник пальто, он заставил ее наклониться. – Смотри туда. До земли лететь секунд семь, я камешки бросал, засекал время. Несколько раз помереть можно, пока об землю хрястнешься.
– И зачем это? – мрачно полюбопытствовала Ленка.
– Как зачем? – удивился Леха. – Интересно же.
– Я спрашиваю, зачем ты затащил нас на эту верхотуру?
