— И произвела на мою мачеху неизгладимое впечатление, — сурово сказал он. — Аранта жаждала побольше узнать о моей невесте, а я хотел принять душ, прежде чем поехать и порадовать тебя и Демми новостями насчет «Цветов». Поэтому она расположилась по-домашнему, и я отвечал на ее вопросы прямо из ванной. Сегодня вечером я собирался познакомить тебя с ней. — Он тяжело вздохнул. — Но ты, как обычно, сделала все, что в твоих силах, чтобы расстроить мои планы.
— Я противлюсь, только когда твои требования неблагоразумны, — слабо отбивалась Сандра, успокоенная тем, что он, похоже, усмирил свой темперамент.
— Я никогда не бываю неблагоразумным, Сандра. — Он улыбнулся и потрогал драгоценный камень у нее на пальце. — Нельзя спасти тонущий бизнес, будучи неблагоразумным. — Он бросил на нее многообещающий взгляд. — И если я что-то задумал, то меня не так просто сбить с толку. Ты это знаешь.
— Да, и это ставит меня в один ряд со многими женщинами, которые это знают.
— Ты ревнуешь? — В его голосе послышалась новая, возмутившая ее нотка.
— Нет, конечно, нет! — бодро заявила она, стараясь не замечать скрытого в его вопросе торжества и зная, что лжет.
— Выслушай меня, дорогая. — Фил крепко сжал ее холодные пальцы. — До того как я тебя встретил, в моей жизни, не говоря уже о постели, довольно давно не было ни одной женщины. Не в моих привычках позволять себе случайные связи или играть в любовь с разочарованными дамочками, которым надоели их мужья. В последнее время я вообще был слишком занят бизнесом, чтобы иметь хоть какую-то постоянную связь…
— Пока отец не сказал тебе, что тот, кто захочет стать партнером фирмы, должен будет взять в придачу его дочь, — с горечью перебила Сандра.
— Нет, — холодно возразил он. Пока Леонидис не сообщил о грозящей мне перспективе женитьбы на Василисе Бодакис… и я серьезно не задумался над этим.
— Но ты говорил… — сбитая с толку, Сандра прикусила губу и умолкла. Какое она имеет право подвергать его допросу?
— …Что не собирался вытаскивать отца из неприятностей, которые он заслужил? Ха! — Он издал короткий смешок. — Это была моя первая реакция. С другой стороны, Василиса — красивая молодая женщина, воспитанная в старых традициях почтения к мужчинам. Она ничего не имела против нашего союза, и у меня не было ни малейшего сомнения, что из нее получится хорошая жена и мать. Так что я готовился по возвращении в Грецию стать примерным мужем. — Он пожал плечами. — Как я уже говорил, много счастливых браков заключено и на более шатких основаниях.
— Но ты же не испытывал к ней каких-либо чувств… — Она смутилась и умолкла, а Фил нетерпеливо тряхнул головой.
— Любовь для меня не играет большой роли. Все, что нужно знать о любви, я узнал от Дженни!
Потрясенная горечью его тона, Сандра грустно покачала головой.
— Нельзя делать выводы обо всех женщинах и о любви вообще на основании одного неудачного опыта!
— Но я делал, — спокойно возразил он, — вплоть до того вечера, когда, ворвавшись в фирму «Экском» с намерением устроить скандал, обнаружил, что источником хаоса являлась ты, Сандра.
На несколько секунд их взгляды встретились.
— Только я прилетел из Афин, как звонит Ставриди, в сильном волнении, и сообщает, что «Чаша Диониса» не сможет принять посетителей, потому что наш давний и надежный поставщик отказался выполнить заказ без предоплаты. Можешь себе представить, что я почувствовал? — Еще бы! Сандра печально кивнула, а Фил безжалостно продолжал: — Я как раз собирался позвонить Леонидису и сказать, что готов обсудить его предложение. Вместо этого пришлось мчаться в «Экском», выяснить, что там за бедлам… а там сидела ты, преданная дочь, вернувшаяся в отчий дом, неопытная, но храбрая, вставшая на опасный и бедственный путь. — Он прищурился. — Но такой встречи я не ожидал, милая моя.
Задетая его иронией, Сандра попыталась защищаться.
— А чего же ты ожидал? — сказала она с вызовом. — Отец тяжело болен, мои планы на путешествие по Италии рухнули, а тут являешься ты и провоцируешь меня, затем тащишь в Бостон под надуманным предлогом. Ты сам в этом признался. Конечно, настроение у меня было не праздничное!
— У тебя было настроение любить, — быстро, но мягко ответил он. — Когда певица запела «Как одинока, как безутешна жизнь без любви…», ты расплакалась, как дитя.
— Нет… — Фил увлекал ее на опасную тропу, и надо во что бы то ни стало остановить его, пока не поздно. — Откуда мне было знать, о чем она поет? Я же не понимала слов, — печально сказала Сандра. — Я просто была усталой…
— …И несчастной, потому что мужчина, за которого ты собиралась выйти замуж, остался в Риме и покинул тебя.
— Но он был свободен, — слабо возразила Сандра. — Я не виню его…
