- Что-то я не припомню таких случаев в истории! - возразил Кирим. - Я невнимательно читал учебники?
Росана звонко рассмеялась.
- Оказывается, нелегко признать, что ты можешь что-то упустить или не заметить, да, Кирим? - поддела она приемного сына.
- И что я пропустил? - нахмурился наследник.
- Взгляды, которые на тебя бросала Дейрдре! И все остальные представительницы слабого пола во время приема! - во внимательности Королеве было не отказать. Пожалуй, кое в чем она была даже излишне проницательна.
- Что может быть интересного в парне, затянутом в церемониальный безликий костюм, чье лицо закрыто маской, а речь сводится к "Да, Вы правы, погода сегодня просто чудесная!" и "Нет, я нахожу Ваше начинание чрезвычайно важным!"?
- Как ты самокритичен! А как же аура таинственности? И власти?
Принц неопределенно хмыкнул.
- Дейрдре общалась со мной исключительно из вежливости и так старательно при этом закрывалась, чтобы ненароком меня не прочитать, что даже глаз на меня не смела поднять! А люди насочиняли неизвестно что!
- Ну-ну! - фыркнула Росана и отмахнулась от него. Широкий рукав ее платья едва не мазнул Кирима по лицу. "Она знает", - подумал он обреченно, и порадовался тому, что давно разучился краснеть. По крайней мере, в своем прежнем теле он точно не допускал подобного. А это....
Росана посмотрела на него искоса и подмигнула. Суон почувствовал, как его щеки снизу вверх наливаются краской смущения. Он вспомнил Жемчужную гостиную Морского павильона и щекочущее нервы чувство опасности и запретности того, что они собирались сделать. Они с Дейрдре, действительно, перебросились на публике лишь парой фраз, но, чтобы понять друг друга, разговоры не всегда нужны. Сначала она улыбнулась и наклонила голову к плечу, потом, якобы восхищаясь чем-то, прикоснулась пальчиками к своим губам, а Кирим чуть дольше положенного по этикету времени продержал ее руку в своей, когда их знакомили. Длинноногая, с высокой прической и в туфлях на шпильке, она оказалась на полголовы выше него. Но Кирима это не смутило. Потом был один единственный танец, в котором не было ничего подозрительного или предосудительного, ведь Дейрдре была одной из инициаторов и организаторов благотворительного вечера, а Принц Семи Миров - почетным гостем. Кружить ее в танце и чувствовать сквозь тонкую ткань платья тепло ее кожи, было невероятно приятно. Дайлети играла с Принцем, обворожительно ему улыбаясь, и, несмотря на почти явное его сопротивление, утащила в зону нулевой гравитации, где они парили среди таких же смелых пар. Кирим невесомость не жаловал и был рад в конце танца вновь почувствовать земное притяжение.
Несколько позже они - совершенно случайно, конечно же - встретились на террасе. Какое-то время они постояли у перил и полюбовались на плещущиеся под ногами волны и полную луну - а, как известно, полнолуние всегда было особым временем для Дайлети: когда позволялось несколько больше, чем обычно. А потом они, переглянувшись, скрылись за дверями гостиной, выходящими на террасу: сначала Дейрдре, за ней - Принц. Верные Рохосы застыли по обе стороны от створок. Роботы оказались на удивление понятливыми и спорить с Киримом, отрицательно качнувшим головой на их попытку последовать за ним внутрь, не стали.
Певица уже успела закрыть на замок те двери комнаты, что вели в коридор.
- Признайтесь, Ваше Высочество, - проговорила Дайлети, медленно приближаясь. - Вы слышали хотя бы одну мою песню?
Кирим честно попытался вспомнить. И не смог.
- Все с Вами ясно! - Дейрдре совершенно правильно истолковала затянувшееся молчание. - И Вы даже не слышали обо мне, пока меня Вам сегодня не представили?
Суон кивнул.
- Я польщена! - призналась певица. - Приятно осознавать, что я заинтересовала Вас просто, как женщина, а не как звезда, известная далеко за пределами Семи Миров!
Ее улыбка ослепляла, а голос завораживал. Она подошла совсем близко к Принцу.
- А мне, значит, суждено стать очередным Вашим трофеем? Среди множества других, что пали жертвами Вашего обаяния? - поинтересовался он. Здесь, вдали от посторонних глаз, он мог позволить себе коснуться ее руки, скользнуть пальцами вверх от запястья до обнаженного плечика - платье Дейрдре было, по последней моде, ассиметричным.
- Трофей - это то, что можно показать и чем можно похвастаться, Ваше Высочество! А Вы навсегда останетесь моей тайной за семью печатями.... Разве это не романтично?
- Пожалуй, - согласился Кирим. Он потянулся к ее волосам. Вся сложная с виду прическа держалась на одной единственной длинной шпильке. - Как Вас только пропустили на прием с таким украшением? - он покрутил в пальцах изящное изделие ювелирных мастеров с острым, как жало, кончиком.
- Думаете, я могу быть среди тех, кто хочет Вашей смерти, Ваше Высочество? - невероятной длинны ногти не мешали Единой ловко справляться со множеством шарообразных пуговиц, украшавших камзол Принца.
- Ни в коем случае, - непокорная одежда проявила гораздо больше благоразумия, чем сам Кирим: узкие рукава застряли, не желая стягиваться.