- Ну что тебе стоит, Тэор? - присоединился к ее просьбе Кирим. Рыжий Дайлети заценил усилие, которое сделал над собой Принц, чтобы попросить о том, что раньше мог сделать сам, и со вздохом опустился у воды на корточки. Он коснулся пальцами тоненького ледка, сковавшего воду у самого берега, и закрыл глаза, погружаясь в Слияние. Лед от его руки веером расползался по всему пруду, пока не достиг противоположного берега и не стал достаточно прочным, чтобы выдержать любителей зимней забавы.
Королева, как девочка, закружилась на льду. Полы ее шубки распахнулись и разлетелись в стороны. Она послала Смотрителю Храма Природы воздушный поцелуй и поманила Принца к себе на лед.
На Сатаре климат был очень мягким, температура воздуха на единственном вытянутом вдоль экватора материке никогда не опускалась ниже нуля. Последний раз Кирим видел снег, когда был на Алдане, выполняя с отрядом задание. А на коньках не стоял и вовсе со времени Изгнания: то есть, уже почти семь лет.
Он не хотел вспоминать об этом, но картинки счастливого детства сами вставали одна за другой перед глазами. Пока он рос на Дай-Санай, то не мог с уверенностью сказать, какое время года ему нравилось больше: лето или зима с ее огромными сугробами, замерзшими реками и озерами, лыжами, санками и коньками. Пограничная Ночь и ее высокие костры. Нарядные елки, так чудесно пахнущие смолой и хвоей. Запах выпечки. Огоньки свечей. Шелест подарочной упаковки. Тепло камина и рук отца, крепко прижимавших к себе сына. Поцелуй в макушку и теплая улыбка. Свет мудрых, все понимающих глаз.
Кирим тряхнул головой, прогоняя эти воспоминания, и протянул приемной матери руки, предлагая прокатиться вместе. Теперь он был уверен, что не упадет и не утянет вслед за собой и Росану. Тут ему в спину врезался увесистый снежок, заставивший обернуться, и многообещающе посмотреть на Смотрителя Храма, который делал вид, что любуется огоньками гирлянд, развешанных на деревьях. Королева тоже оглянулась. При этом они продолжили скользить в прежнем направлении, и их движение неожиданно прервал выросший на пути сугроб. Они впечатались в него и повалились друг на друга. Холодный пушистый снег попал за шиворот, набился в уши, нос и рот, и начал стремительно таять, превращаясь в воду. Проворными струйками та стекала по спине под свитером и наполнила рот прохладной сладостью: как будто кто-то старательно смешивал снег с сахарной пудрой перед тем, как вытряхнуть его с небес на землю.
Кирим сморгнул, и недавнее воспоминание сменилось более ранним.
Осенний Благотворительный Бал в Ратуше. По давней традиции - костюмированный. По задумке этого года, королевская семья тоже была в масках, и должна была появиться вместе с другими гостями, ни чем особенным при этом не выделяясь. Ривран не сразу согласился на подобное баловство, ведь меры безопасности в таком случае пришлось бы полностью пересмотреть, но Кирим сумел его уговорить, пообещав, что сам этим займется, и все будет в лучшем виде.
Они смешались с гостями, не узнанные из-за масок и ретрансляторов голоса. Любуясь на наряды гостей, Кирим в очередной раз убедился в богатстве человеческой фантазии и умении творить чудеса исключительно своими руками. Поговаривали, что многие начинали готовить костюмы на Бал уже на следующий день после окончания предыдущего, чтобы все успеть и блеснуть перед обществом. Глядя на некоторые, особенно пышные и необычные, в это было легко поверить.
Ровно в полночь все маски снимались. Девчонка, что танцевала с Киримом последние два танца, элементарно упала в обморок, когда под маской ястреба, перья к основе которой Суон методично приклеивал три ночи накануне, обнаружилась другая, энергетическая.
Потом было выступление приглашенной знаменитости. Зрители расселись по своим местам, и на сцене появилась Она. Прекрасная Дейрдре. Несравненная. Божественная.
Росана подмигнула Кириму.
Поклонники одаряли звезду множеством красочных эпитетов и восторженных взглядов. Лично Кирим полагал, что она просто вовсю пользуется тем, что дала ей Природа.
Дейрдре была Дайлети. И, как и все Единые, была очень красива и обладала хорошим голосом. Невероятной грацией. Завораживающей пластикой. На Осеннем Балу она впервые исполняла свою новую песню. Номер был великолепен. Порою даже Кирим не мог различить, где заканчиваются спецэффекты, и начинается Дар. Другие зрители тем более. Дейрдре была единственной представительницей народа Дайлети на балу. Кирим старался не особо пялиться на нее.
Но был еще один человек, который реагировал на песню как-то странно.
- Что с наместником Алари? - в полголоса спросил Кирим Королеву. - Его словно муравьи кусают!
А тот и вправду сидел в своем кресле, как на иголках.
- Открою тебе большой секрет, - Росана, кажется, знала все и обо всех. Она наклонилась к самому уху Принца и зашептала: - Автор стихов и музыки - не Дейрдре, а дочь наместника.
Если бы они не сидели в отдельной ложе, на них бы наверняка зашикали. Голос исполнительницы вплетался в музыку и завораживал. Движения певицы гипнотизировали.