Тот миг, что он провел в контакте с Эльзэдэ на Алдане, растянулся для него едва ли не в бесконечность, окунувшую его в самую тьму. Ту самую, что, как оказалось, пряталась в нем самом.
— Вот ты и пришел! — услышал он первый голос прямо у себя в голове и почувствовал, как в мозгу один за другим лопаются сосуды.
— Осторожней! — насмехался другой. — Ты забываешь, что имеешь дело с хрупким человечком! Он умрет, если ты будешь так с ним разговаривать!
Они говорили на Синтре, языке Дайлети, дарованным Единым Создателем много тысяч лет назад.
Кирим хотел прекратить это. Вырваться, спастись от невыносимой боли. То, что Дар снова вернулся, его совсем не радовало. Человеческое тело было не в силах выдержать соприкосновение с энергетической сущностью Дайлети. Казалось, что каждая его клеточка норовит оторваться и отправится в самостоятельный путь в одном только ей известном направлении.
Они не стали его больше мучить. Появились. Позволили себе проявиться в материальном плане бытия. Семь сияющих существ, что были настолько ярки, что, казалось, от взгляда на них плавится сетчатка.
— Мы ждали тебя!
— И ты пришел!
Семь ангелов с огромными крыльями за спиной. Сгустки чистой энергии, принявшие тот облик, который они извлекли из подсознания Кирима.
Сияющие. Прекрасные. Жуткие.
— Он удивлен.
— Он напуган.
— Он ничего не знает про нас!
— Он ничего не знает про себя!
Кирим изо всех сил пытался сконцентрироваться на станции. Он чувствовал ее. Чувствовал ее смертоносную мощь. И Эльзэдэ, что могла в секунду положить ей конец.
— Что ты медлишь, Кай-эли?
— Уничтожь ее!
— Убей их всех!
— Ты что, позволишь им и дальше причинять боль твоим близким?
— Это всего-навсего кучка жалких людишек, Кай-эли!
— Они не стоят твоих переживаний!
— Они даже твоего мизинца не стоят!
— Они просто вши, появившиеся на теле Вселенной!
— Их не должно было быть!
— Они — результат ошибки!
— Исправь ее, Кай-эли!
Кирим закричал, когда его тело прошила энергия Эльзэдэ, выпущенная на волю. Энергия, способная уничтожать целые миры. Энергия, которая могла намного больше. Такая податливая…. И покорная!
— Вот видите, у него получилось!
— Даже сейчас, когда его засунули в этот никчемный кусок плоти!
— Раздражающий!
— Мешающий!
— Ограничивающий!
— Ни на что не годный!
— Прочь! — закричал Кирим, зажмурившись.
Вселенная дрогнула.
— Убирайтесь!
Пространство вокруг как-то странно искривилось. Существа затрепетали в странном предвкушении, но потом Кирим почти что услышал их слитный разочарованный вздох.
— Не может.
— Пока не может.
— Позже.
— Подождем.
— Научим….
Они исчезли, а Кирим повис посреди энергетической сферы, сформированной вокруг него Установкой. Через мгновение она с тихим хлопком исчезла, и Принц Семи Миров упал на снег. Обычная физическая боль, что тот час же вернулась, показалось Суону едва ли не благословением. Он сконцентрировался на Символе и позвал Росану, прося прислать шаттл. Стоило поторопиться. Общения с Эльзэдэ термокомбинезон не выдержал, и холод Алдана стал стремительно подбираться к телу, желая выпить те немногие крохи тепла, что в нем еще остались.
Кирим заставил себя нашарить в снегу жезл и встать. Он сделал несколько заплетающихся шагов и опять свалился. «Нельзя спать, — уговаривал он себя. — Надо двигаться! Если заснешь — сдохнешь!» Но противный внутренний голос нашептывал ему, что смерть — неплохой выход из ситуации. Что хотеть жить — это, наоборот, в данной ситуации проявление банальной человеческой слабости и мягкотелости. Нельзя цепляться за свое жалкое существование, когда под угрозой находится все человечество.
Они пришли сюда за ним. Они вынудили его воспользоваться Эльзэдэ, что бы проверить. Что они хотели выяснить? Какого результата добиться? В любом случае, все, что было хорошо для них — губительно для рода людского. Они — другие. У Них даже тел нет! Они — не отсюда. Им здесь не место. Им больно здесь находиться.
Но Они пришли.
Пришли за Киримом.
И Они знают Кая. Ангелы — внешне, демоны по сути своей. Суон не хотел знать, что у них общего с его отцом. Не хотел. Но уже знал. Или, по крайней мере, думал, что знает. Эта правда, или предчувствие ее, была очень неприятной. Нежелательной. Извращающей все представления Кирима о мире, в котором он живет.
Именно от нее хотелось сбежать и спрятаться. Но было нельзя….
— Эй, — окликнул его звонкий голос. Кирим повернулся на звук и успел поймать летящий в него мячик. А потом еще один. Девушка — жонглер задорно ему улыбнулась и продолжила подбрасывать разноцветные светящиеся шарики, развлекая собравшуюся вокруг нее толпу. Кирим сам не заметил, как, занятый своими мыслями, оказался в самом эпицентре народных гуляний.
— Бросай обратно! — попросила девушка. На ней был яркий клоунский костюм, а на лице — грим: огромный красный рот и веснушки. Голову украшал рыжий кудрявый парик с большущим бантом на макушке.
