Кирим это заметил. А еще то, что, кожа за левым ухом девушки отличалось особой чувствительностью, как и у Дайлети. И под правой коленкой тоже. А еще ей нравилось, когда…
В комнату постучали.
— Нэсс, ты идешь с нами завтракать? И друга своего зови! — сказал голос из-за створок.
— Кто это? — с подозрением спросил Суон.
— Мой отец, — беспечно отозвалась девушка и скрылась в ванной.
— Но ты же вчера сказала…
Кирим встал вместе с Нэсс под горячие струи, подставляя им лицо.
— Я пошутила, — улыбнулась девушка, озорно ему подмигивая. — Мой отец считает, что я — взрослая умная девочка, которая сама вправе решать, как и с кем ей проводить свободное время!
— А к чему тогда было окно?
— Проверка! Мне было интересно, как далеко ты готов зайти ради меня.
— И достоин ли я представительницы старинной цирковой династии? — хмыкнул Суон понимающе.
— Вроде того!
Нэсс кинула ему чистое полотенце из шкафчика.
В простом домашнем платье и легких туфельках без каблука, без грима и макияжа, Нэсс казалась и вовсе девочкой, и Кирим с ужасом спросил себя, есть ли ей уже восемнадцать. Девушка словно прочитала его мысли.
— Не переживай! Приди ты ко мне на годик — другой пораньше, отец бы тебя повесил на том самом дереве, по которому ты сюда забрался! А не на завтрак приглашал!
Суон оделся и выпрямился.
— Ты меня извини, Нэсс, но окно третьего этажа — это одно, а завтрак с твоей семьей — совершенно другое, — смущенно проговорил он. — Может быть, я наберусь достаточно смелости в другой раз….
— А другого раза не будет, — обломала его девушка. — Мы на гастроли завтра улетаем. В Конфедерацию. Решили воспользоваться мирным договором и попытать счастья с неизбалованной публикой. Так папа говорит.
Кирим не сразу нашелся, что ответить. Эта особенная открытость, доверчивость и простота в общении, свойственная гражданам Семи Миров до сих пор сбивала его с толку. Казалось, подданные Риврана просто не умеют бояться или относиться к людям с подозрением. Принц уже не раз сталкивался с тем, что дома, даже в крупных городах, не запирают. Одинокая девушка приветливо улыбается парням, встреченным в пустынном парке. Вопрос «Закурить не найдется?» не имеет скрытого подтекста, а забытый на скамейке наладонник будет дожидаться там владельца до вечера, после чего плавно переместиться руками полиции или бдительных граждан в ближайшее Бюро Находок.
— Жаль, — задумчиво отозвался Суон, прикидывая в уме варианты. — Знаешь что, запиши-ка мой прямой номер, на всякий случай….
— Зачем?
— В Конфедерации все совсем не так, как здесь. Если у тебя или твоей семьи вдруг возникнут неприятности, постарайся связаться со мной. Я помогу.
— Значит, я не простого паренька встретила вчера? — сделала свои выводы Нэсс.
— С чего ты так решила?
— Потому что мало кто из наших бывал у Чистых до подписания мирного договора. И настолько знаком с тамошними реалиями.
— Я долго жил в Содружестве. И по долгу службы бывал по другую сторону границы. Я пилот, Нэсс.
Кирим очень хорошо помнил свои визиты на отдаленные от Ядра планеты. И не хотел представлять себе хрупкую Нэсс, бьющуюся в лапах работорговцев. Впрочем, как и зря ее пугать. Вряд ли кто-то отважится причинить вред семипланетникам. Все правители этой звездной системы славились суровыми контрмерами по отношению к тем, кто пытался провернуть нечто подобное. Даже случившееся на орбите Алдана представили как спецоперацию, направленную против террористов, желавших получить контроль над установкой. По всем новостным каналам пронеслось многозначительное: «Угроза была полностью устранена». Подробности остались за кадром. Глубоко засекреченными.
— Это они с тобой сделали? — спросила вдруг девушка, осторожно дотронувшись до щеки Суона.
— Нет, — спокойно ответил Кирим. — Это я сам. По дурости.
Его ответ запутал Нэсс окончательно.
— Тебя ждет семья, — напомнил ей Кирим. — И мне уже пора….
Нэсс застыла на пороге, что-то напряженно обдумывая, а потом все-таки отважилась спросить:
— Если я позвоню тебе, когда мы вернёмся, ты меня вспомнишь?
— Конечно, — удивился вопросу Суон. — А почему нет?
Нэсс пожала плечами и решительно распахнула двери.
— Я провожу тебя вниз, — сказала она, вместо ответа.
Наверное, надо было ее поцеловать на прощание. Но момент, когда это было еще возможно, был безвозвратно упущен. Тяжелые створки двери закрылись за спиной пилота, отрезав его от теплого, уютного и чужого мира.
Кирим побрел прочь, в радостную суету празднично украшенных улиц. Люди вовсю веселились и радовались жизни. И Суон украл для себя кусочек жизни и капельку радости. Именно украл, потому что чувствовал, что не заслужил ни эту ночь, ни Нэсс. Может быть, он вообще права на жизнь не заслужил. Но почему-то именно сейчас жить очень хотелось. Отчаянно….
