Поднимаю стопку, а Маша поднимает свою. Чокаемся.
- Ну, за знакомство! - вспомнив генерала Иволгина, из небезызвестного фильма, выдаю я «кратко, но ёмко» - первый тост.
- За знакомство! - улыбаясь, подхватывает девушка.
Водка, к счастью, не застревает в горле, как в моём предыдущем эксперименте, ещё в Корее, после первого «увольнения» из агентства. Проскальзывает по пищеводу, скатываясь в желудок огненной рекой, и сим «Греческим огнём» поджигая внутренности. Цепляю на вилку горстку капусты, попутно вспомнив о канувших в лету палочках, - «И бог с ними!», и отправляю её в рот, смачно хрустя квашенным чудом. Маша не отстаёт. Она, как заправский алкоголик, даже не поморщившись, одним махом опрокидывает свою стопку в рот и принимается за закуску. Сосредоточенно жуём.
- Маша, ты поможешь м-моим родным покинуть Корею? - немного запнувшись на «моим», спрашиваю девушку. Та, отвлёкшаяся на недоеденный суп, отвечает не сразу.
- А ты уверена, что им этого хочется?
Перед моими глазами появляется лицо СунОк, выкрикивающей почти тоже самое, только, с другой интонацией.
- Не уверена, но мне кажется, ты сможешь их уговорить, переехать. Там им не дадут спокойной жизни.
- Твои родные ютятся в съёмной квартире. Мать - посудомойка, сестра - уборщица. Согласна, с твоими мыслями, но бегство с родины - это всегда непросто. Обычными уговорами их не заставишь сорваться с насиженного места. Я пыталась. Им нужен мотив. Очень серьёзный мотив для переезда. Ты можешь что-нибудь предложить, кроме работы для твоей сестры?
- А ты поможешь, финансово?
- Я, уже помогаю. В свой визит я перевела на счёт твоей мамы миллион долларов. Сейчас, я понимаю, не стоило этого делать, в свете твоей просьбы.
«Нифига себе, немного наличных оставила…!» - поражаюсь я недальновидностью девушки. - «Да они там как сыр в масле катаются, поди. Плевать им на общественное мнение, при наличии такой суммы на счету. И на переезд тоже - плевать. А Маша, получается, мне свинью подложила - благими намерениями… Как теперь родственников выманить? СунОк, даже получив заветную должность управляющего в Машином ресторане, с места не сдвинется. Не оставит она мать одну. И правильно сделает! А мама… Всё, чего она желает, с её слов, - это счастья и благополучия своим дочерям»
- Благополучие, - медленно, по слогам выговариваю заветное слово. Маша поднимает голову от тарелки и удивлённо смотрит на меня. Пока я размышляю, она успевает доесть свой розовый суп, и сейчас, увлечённо, ложкой, выскребает его остатки со дна.
- Давай, выпьем. За благополучие! - предлагаю девушке новый тост, берясь за графин и наливая по второй.
Чокаемся.
- Ты что-то придумала? - принимаясь за капусту, интересуется девушка.
- Предложи моей маме кругосветное путешествие. Морской круиз. С отплытием из Нью-Йорка, и прибытием в него. По системе «всё включено». Она, уже немолодая, а заграницей ни разу не была. Всю жизнь отдала нам с онни. Это станет отличным поводом выманить её из дома. Ну а СунОк, замани работой. Конечно, если ты не против её кандидатуры. Зная о том, что, им больше не нужно друг за дружкой присматривать, сестра быстро согласится на переезд. А как освоится, можно ей предложить оплатить любой из местных университетов, на выбор. Она хотела доучиться. Вот мой план.
- Имея на руках миллион, можно обойтись без посторонней помощи. Думаешь, они согласятся на такие пустяки?
- Согласятся! Зная, как бережно они относятся к деньгам, могу гарантировать что, о переменах в своих жизнях они подумают в последний момент. Нужно продемонстрировать им благополучие не только сиюминутно, но и в перспективе. Покажи им сладкий пряник. Соответственно, ты должна убедить их и в моём, нынешнем статусе. Чтобы не подумали, что я тут от тоски по родине загибаюсь. А вот по ним, их младшая тонсен, соскучилась!
- А тонсен загибается? - добавив в голос саркастические нотки, спрашивает Маша.
- Ну какая я тебе тонсен? - в тон девушке отвечаю ей. - Ещё пару часов назад, мы с тобой так жарко обнимались, что на родственные отношения было совсем не похоже…
- Я тоже хочу с вами пообниматься. Вы, такие жаркие, обе! - внезапно раздаётся громкая русская речь возле нашего столика. Оборачиваемся на голос.
Уже хорошо подвыпивший парень, лет тридцати. Чёрные брюки, белая рубашка с расстёгнутым воротом, закатанные рукава. Пиджак, как и галстук, по всей видимости, были им оставлены, за ненадобностью, на стуле, за его столиком. На физиономии наглая, пьяная ухмылка, и никаких признаков интеллекта. Если таковой имелся, его остатки растворились в алкогольном дурмане.
Знаю я таких, насмотрелся, пока с группой, по кабакам выступал. Они не упустят возможности поцеплять клиентов или поприставать к дамам, пришедшим, как без кавалеров, так и в их сопровождении. Последнее только раззадоривает бузотёра, особенно, если, сопровождающие девушек, парни не являют собой гору мышц.
Обычно, охрана оперативно реагирует на таких вот индивидуумов. Особенно, если те, получив отпор или отказ в первый раз, продолжают проявлять настойчивость.
