Я подхватил Соболеву на руки. Мелкая успела напялить на нее обувь и теплую одежду, пока я собирался с мыслями. Лолька подхватила рюкзак, и мы бегом двинулись по лестнице вниз. Диана Викторовна весила побольше Шильман, однако и я за прошедшее время подкачался. В целом, ноша не была для меня такой уж тяжелой. Скорее, неудобной. Если бы это была компактная гантеля с тем же весом, мне было бы намного проще. А так приходилось закидывать девушку на плечо, если я хотел освободить хотя бы одну руку. Соболева болталась без сознания, лишь иногда чего-то стонала в бреду, когда ее слишком сильно мотало из стороны в сторону.
Эх, не дают нам недруги спокойно поспать и пройти через трансформацию! Приходится бежать и прятаться, будто крысам, по норам, но такова жизнь в условиях конца света. Надо бы основать собственное поселение, чтобы появилось безопасное место, куда мы можем вернуться. И где можно будет нормально поспать, наконец!
По всей видимости, Серафим решил сделать свой ход. Он несколько дней после нападения на лагерь Северных не предпринимал никаких действий, так что я решил, что у нас еще есть время. Да и по логике ему было бы проще атаковать Страйк через левый берег, а не идти через восточный мост. Я полагал, что здесь в убежище мы будем в безопасности. Поди пойми, что у ангельского фанатика в его зеленой голове творится.
Дозорные с поста уже отступали в проулок, отстреливаясь и отбиваясь от наседающей толпы. В стороне моста все было перекрыто. Я заметил огромный силуэт, подсвеченный всходящим на востоке оранжевым светилом. Солнечные лучи подсветили необычную картину: огромного Толстяка, на котором восседал другой мертвяк. Само собой, наездником являлся сам Поводырь или Серафим, как он любил себя величать. Каким-то образом он приделал кресло на плечи и спину Толстяка и теперь разъезжал на нем, словно на троне. Блин, тоже хочу кататься верхом на зомби, а не чтобы на моем горбу ездили всякие взбалмошные девки!
— Так ты принял сторону людей, Карл! — прокричал издали Серафим. — Ты предал волю Создателя, падш-ший ангел!
— Моя воля превыше воли всяких Создателей! — буркнул я и направился в противоположную от моста сторону.
— Еретик! — брякнул Пробудившийся напоследок. — Ты поплатиш-шься за отступничество, Пробудивш-шийся!
Дальше общаться с Серафимом становилось слишком опасно. Мертвяки лезли со всех сторон. Перепрыгивая через кучи мусора и уворачиваясь от когтистых лап, я побежал на запад, держа дрыгающуюся Соболеву на плече. По пятам за мной следовала Лолька. Мелкая прекрасно справлялась с тем, чтобы задерживать врагов. Паутина оплетала зомбаков, и те отставали от нас. Даже Когти не сразу могли освободиться. Нескольким настырным особям и я сам настучал по башке отбойным кулаком. Приходилось орудовать только правой рукой и не поворачиваться левой стороной, поскольку могли задеть мою ношу. Впрочем, мелкая во время трансформации исцелилась от глубокой раны. Возможно, и Стерва сумеет излечиться от травм, полученных в ходе этого безумного забега.
Один из шипов Гнуса воткнулся мне в спину в районе правой лопатки, что было крайне болезненно и неприятно, но темп я не снизил. Еще один не смог пробить мой кожный покров толком, проникнув лишь на сантиметр в плоть. Прочность выручала. О Лольке я позаботиться не мог при всем желании, но девчонка и без моего участия неплохо справлялась. Мелкая стала достаточно шустрой со своей прокачанной Реакцией. Шильман металась меж мертвяков и даже от снарядов Гнуса умело уворачивалась.
Мы свернули на боковую улицу, скрывшись с глаз Серафима и почти сразу повернули на юг. Толпа зомби начала потихоньку редеть. Лолька расставляла липкие мины за нами. Вот только несколько прицепившихся Гнусов напрягали. Жужжащие бомбардировщики периодически пикировали и выстреливали по нам острыми шипами. Я с ними ничего поделать не мог в принципе, пока они сами не полезут в ближний бой. Просто старался беречь свою ношу да голову прикрывать.
Однако в какой-то момент удача повернулась к Ткачихе спиной. Лолька умудрилась накинуть паутинную сеть на пролетающего мимо Гнуса, для чего немного сблизилась с целью. Гад же еще не был полностью разряжен. Гнус выпустил два смертоносных шипа перед тем, как врезаться в асфальт. От одного Шильман увернулась, а второй прошил ногу девчонки ниже колена.
— Ай! Падаль! — рявкнула мелкая, рухнув на землю.
Мне пришлось корректировать свой курс. Я подбежал к Лольке и скомандовал:
— Цепляйся спереди!
