— Случайно обнаружила недавно, — пояснила Ткачиха. — И ведь в описании ничего не сказано, только особые свойства. Полагаю, Шелковистая Нить обладала свойствами самовосстановления изначально, а после Развития ткань обрела повышенную прочность.
— Да? Удобная штука! Решено: отныне ты будешь моим личным лоли-портье!
— Не уверена, что ты сможешь позволить себе услуги элитной Ткачихи, ку-хе-хе!
— А вот Заряд лучше поберечь. Сдается мне, он еще пригодится… — пробормотал я, всматриваясь вниз.
— Что там?!
— Шило проткнул Цезаря. Главарь банды мертв. Похоже, остатки Братвы решили прекратить сопротивление… — коротко обрисовал я увиденное.
— И поделом, ку-хе-хе!
— Правда, батю твоего ранили в живот. Он тоже выбыл из схватки.
— Ничего, папа крепкий, как и ты. Он обязательно выживет!
— Кажется, я понимаю теперь, откуда у тебя тяга к здоровенным парням, — усмехнулся я.
— Вздор! Мне всегда нравились стройные, худощавые юноши. В подростковом возрасте фанатела от поп-айдолов!
— Инстинкты не обманешь… Пора и мне принять участие в заварушке. Серафим собрал плотный кулак из выживших мертвяков и потихоньку отступает.
— Он же снова слиняет!
— Поэтому я и должен перехватить его.
— Я прикрою. Еще немного паутины осталось. Бегать я больше не смогу, так что просто оставь меня в удобном для обороны месте.
Я не стал спорить с упертой малявкой, тем более ее силы могли еще пригодиться. Жаль, что гарнитуру с рацией я потерял в ходе безумного побега от зеленой орды, а запасную в инвентарь не положил, так что не мог скоординировать свои действия с Фабричными.
Подняв шипящую от болезненных ран девчонку на руки, я двинулся вниз по лестнице и вскоре вышел из подъезда. Пробежал кругом, обойдя несколько зданий, и вышел за спиной у отступающего Серафима. На мертвяков наседали модификанты с Фабрики. Сражались люди с осторожностью, ибо помирать, когда победа уже близка, никому не хотелось. Зомбаки огрызались, защищая своего хозяина до последнего даже ценой своих псевдо-жизней.
Я помог мелкой забраться на крышу невысокого дома и стал ждать подхода Пробудившегося в засаде. Поводыря занимали атакующие его модификанты, так что он даже по сторонам не смотрел толком. Ну а его миньоны не обладали самостоятельностью, так что не могли подсказать повелителю о наличии людей поблизости.
Вскоре Серафим поравнялся с нами, и я дал отмашку Ткачихе. Лолька выпустила сгусток паутины, однако попасть прямо по цели ей не удалось. Видимо, нерф зрения сказывался. Пробудившемуся сковало ноги. Серафим принялся яростно кромсать путы своими длинными когтями, и к моменту, когда я приблизился, он полностью освободился от липких кандалов. Ткачиха, судя по всему, была пуста, так что девчонка спряталась за выступающие элементы крыши.
Меня встретил подраненный кем-то Толстяк, которого я уработал сходу отбойно-вихревым ударом. Череп разлетелся будто гнилой зеленый арбуз.
— Ты! Предательство Бога непростительно! Твоя участь предрешена! — прошипел фанатик.
Мы с Пробудившемся столкнулись в ближнем бою. Пока остатки его войск сражались с модификантами, мы схлестнулись в жаркой рубке. Длинные костяные когти Серафима со звоном ударялись о мои каменные кулаки, высекая искры. Мужчина выглядел немного уставшим, но серьезных ран ему удалось избежать, в отличие от меня. Здесь у него имелось некоторое преимущество.
Я действовал осторожно, опасаясь подвоха. Разрывал дистанцию, принимал когти на каменную броню, старался не подставлять уязвимые части тела. Ибо протанчить в текущем состоянии ничего не мог. Серафим отчаянно махал руками, и вскоре я понял, что мой противник… полный нуб! Новичок, другими словами. По всей видимости, он мало сражался самостоятельно в ближнем бою, а полагался на своих миньонов. Со стороны выглядел Пробудившийся фанатик в плаще намного опаснее, чем оказался на самом деле. У меня получалось парировать его неуклюжие и предсказуемые атаки.
Воодушевившись, я провел обманный маневр. Сделав вид, что атакую слева, провел прямой удар правой и добавил отбойного вихря в качестве десерта. Выпад получился на славу. Волна прошила плечо Пробудившегося Когтя и вывернула наизнанку. Серафим вскрикнул. Рука противника повисла безвольной плетью. Судя по всему, мне удалось переломать кости, да и мышцы с сухожилиями пострадали серьезно.
Желтые глаза запылали от неудержимой ненависти. Серафим отступил и взмахнул левой рукой, отдавая мысленный приказ. На меня двинулось сразу три Толстяка, отделившихся от основного воинства. Вот теперь уже мне пришлось несладко! Элитники имели различные повреждения, полученные в ходе боя с модификантами, но их все равно было трое. Я не мог разорваться сразу на несколько направлений.
