— Черный единорог — животное уникальное, встречается в природе крайне редко, имеет полу демоническую природу, самцы окрас имеют черный, самки бурый. Обитает он на высокогорье Кат-Рахт, это на самой границе Королевства Пушт и Выжженных Земель. Имеет нрав зловредный, крайне быстр и почти неуловим, опасен смертельно. Мясо и кровь его ядовиты, а особенно ядовит рог, который растет у него на голове. По сути, этот ядовитый рог единственное, что может навредить организму даханавара. При попадании яда в кровь он изменяет ее, делая ядом для своего хозяина. Я сделал все возможное, чтобы извлечь осколки из тела, нашего друга, но увы не все. Самые мелкие осколки унесла кровь и теперь, боюсь у господина даханавара слишком мало времени. Я приготовил особое зелье, очищающее его кровь от яда, но стоит осколкам достигнуть его сердца….. - старик развел руками, всем своим видом показывая, что тут он бессилен, что-либо исправить.
Даханавар все еще молчал, свой рассказ продолжил ибн-Тахт.
— После того, как у него было смертельное для даханавара оружие, аль-Мумин смог убедить своих головорезов подельников подстеречь и напасть на вас с Шамилем, когда вы менее всего будете этого ожидать. Увы, я не успел перехватить его в Нижнем Городе. Мы разминулись всего в паре кварталов, но этого было достаточно, чтобы он осуществил свой черный замысел. Когда я и мои люди нашли вас с даханаваром ты, Илая, был уже мертв. Арбалетный болт пробил твое сердце. К счастью для тебя, это был обычный арбалетный болт. Шамилю повезло меньше он принял на себя основной удар: два разрывных болта с ядовитыми осколками и бесчисленные раны от мечей и кинжалов напавших на вас ублюдков. Он герой! Клянусь, этот даханавар дрался как безумный лев и даже успел убить парочку головорезов, защищая ваши жизни! Я нашел его, когда он был почти мертв, но успел услышать, как он просит меня помочь вам обоим. Я говорил ему, что тебе, Илая, уже не помочь, что ты мертвее мертвого, но он не позволил мне оставить тебя. Мои люди догнали аль-Мумина, и его подельников и эти мерзавцы поплатились жизнями за свое вероломство. А потом я привез вас с Шамилем сюда, к себе домой, и почтенный Клаус Бальтазари смог вернуть к вас к жизни.
— Выходит я.…, мы обязаны вам жизнью, господа? — Илая был невероятно смущен услышанным. — Прошу простить меня за эту вспышку эмоций, но, знаете ли, не каждый день мне сообщают, что я умер.
— Все что ты услышал, Илая, абсолютная правда. — Шамиль прямо смотрел юноше в глаза. — Ты был мертв, но был оживлен Ихором Первородного. Это особая магическая субстанция, которой мне удалось тебя напоить прежде, чем твоя душа навсегда покинула тело.
— Ихор Первородного? — Бальтазари, Илая и ибн-Тахт задали этот вопрос одновременно.
Илая с удивлением человека в жизни, не слышавшего о подобном, ибн-Тахт с недоверием, Клаус Бальтазари с неподдельным восторженным удивлением человека услышавшего, что сказка является былью. В комнате поднялся невероятный шум, присутствующие наперебой задавали даханавару вопросы, требовали объяснений, выражали недоверие. Заверив каждого из присутствующих в гостиной, что ответит своим рассказом на большинство их вопросов, Шамиль предложил говорить.
— Я знаю для большинства из живущих на свете Ихор Первородного это не более чем древний миф, но он действительно существует. Все это время небольшое количество этого чудеснейшего средства я носил с собой. — Шамиль отодвинул ворот рубахи и извлек небольшой плоский флакончик из орихалка на длинной стальной цепи.
— Не может быть! Вы позволите? — Клаус Бальтазари протянул руку к флакону, он был похож на голодного кота, увидевшего миску свежих сливок.
— Боюсь он совершенно пуст. — с сожалением ответил даханавар и отдал волшебнику флакон.
Старик волшебник открыл флакон, принюхался, перевернул его над открытой ладонью потряс и даже заглянул в темное отверстие узкого горлышка, в надежде, что хотя бы капля Ихора там обнаружиться. Но увы, как и сказал даханавар, флакон был совершенно пуст. Раздосадовано, покачав головой Бальтазари передал флакон другим желающим его осмотреть.
— В детстве мне бабушка рассказывала легенду о великой битве богов и пролитой божественной крови. В этой легенде говорилось, что эта кровь стала частью волшебного зелья, выпив которого человек получал такую силу и власть и мог стать повелителем мира. Она называла это Ихором Первородного. — задумчиво сжимая в своих огромных ладонях флакон проговорил Ибрагим ибн-Тахт.
— Это всего лишь легенда, но в ней есть зерно правды. — согласился Шамиль.
— Ихор Первородного — магическая субстанция способная вернуть к жизни человека, стоящего на краю абсолютной смерти. Вернуть к жизни навсегда изменив эту самую жизнь. Эта субстанция меняет саму природу вещей оборачивая смерть жизнью, а человека — даханаваром. — после этих слов в комнате повисла гнетущая тишина.
— Так, так значит я теперь даханавар? — растерянно прошептал Илая.
