По голосу Зорга чувствовалось его напряжение и некоторая растерянность. Искины корабля, обычно не вмешивались в действия экипажа, не отсвечивая физическим присутствием и лишь изредка, при грубой ошибке, меняли параметры команды. Ненавязчивый контроль, так, кажется, это называется. Вот и сейчас, визуально в рубке находились только люди. Зорг, с уходом на линкор людей Сергачёва, в ложементе пилота, и Игорь с Виктором, в качестве второго пилота и навигатора. Инженерный контроль за Керком, коррекция навигации на Мерте и общий за Нором, такой привычный расклад рубки. Левая треть экранов транслирует происходящее в рубке "Игла", напряжённые лица Шенка, Ворша и Зинта на привычных местах, и самое неожиданное, Чена. Увидев Макса, тот приветственно помахал рукой и пояснил: -Не было времени ставить тебя в известность, так будет лучше для связи.
-Распустились, - беззлобно проворчал Макс и обращаясь ко все слышащему искину скомандовал: -Нор, проявляйтесь все, не время играть в прятки. -Что по людям на постах? К внезапному появлению искинов, на, до этого, пустом месте, давно привыкли и ответ Нора прозвучал во время резкой смены картинки на опоясывающих рубку экранах. -Все на месте, успели. Почти заглушенный громким матом Синцова: -Твою ж, мать! И откуда вы взялись!
Ситуация, четыре на три, столько кораблей насчитал Макс за минуту, пока шло определение их принадлежности. Принудительный выход из гипера, причину этого обещано прояснить в свободное время, случился очень близко от масштабного боя, чуть больше половины астрономической секунды. Другими словами, около двухсот тысяч километров, по всем канонам пилотских баз, в опасной зоне и эту ситуацию надо было срочно разруливать. Выходом из неё, или вмешательством на одной из сторон, тем более, что кто бы там ни был, внешние проявления прокола пространства он должен был заметить.
***
Иззил гнезда Урххе, в человеческом понимании третий военный вождь, в возбуждении поскрёб когтями четырёхпалой руки костяной гребень черепа. Так было всегда, в ответственные моменты жизни и, несмотря на своё высокое положение и прожитые двести периодов, от вредной привычки детства так и не избавился. А волноваться было от чего. Патрульный рейд по прилегающим к главной базе системам, стараниями безмозглых пауков, необитаемых, до этого момента пустой, без намёка на добычу, совершенно неожиданно подарил целых четыре корабля мягкотелых. К тому же, имея численное преимущество, осмелившихся напасть на немного отставший носитель.
Раса этих существ, по преданиям, в скрытые пылью времена владычества гнезда Грроух, тогдашних хозяев его народа, сумела ввергнуть их в пучину забвения и упадка на многие тысячелетия. И только в последний период, когда остатки Грроух окончательно захирели, гнездо начало возрождение былой мощи когда-то великого народа и первой его целью послужили давние обидчики. Двинув на завоевание их систем флот, сформированный, частично, из старых кораблей Грроух, частично, новодела своего клана и этот период подготовки заканчивался. И дабы скоротать время вынужденного бездействия и не растерять боевой дух такие рейды стали частыми. В основном, для отлова мягкотелых, за отсутствием донных личинок с далёкой родной планеты, оказавшихся лучшей пищей для молодняка, начиная от только вылупившихся из яйца и до пяти периодного возраста.
Шестигранный зал управления полётом, с его экранами по периметру и сферой управляющего мозга в центре, был практически пуст и голос вызванного им десятника гулко отразился от его стен: -Слушаю мой повелитель? С удовольствием оглядев могучую фигуру командира ударного отряда, ни в какое сравнение не идущую с малорослыми, и сильными только своими машинами убийства, мягкотелыми, Иззил, не менее зычно, распорядился: -Ты, своих костоломов попридержи, мать гнезда будет недовольна трупами, для её питомцев нужно живое мясо. И, в качестве последнего аргумента, выдал ничем не прикрытую угрозу: - Накосячишь, объясняться с ней будешь сам. Заодно и поймёшь всю тяжесть моей службы.
***