Вэнь Кэсин вдруг подавился воздухом и быстро отвернулся, чтобы прокашляться. Чжоу Цзышу усмехнулся, положил руки на надгробие и толкнул его. Ему пришлось удвоить усилия, чтобы целиком сдвинуть камень. Под плитой открылся глубокий чёрный провал — вход в подземный туннель.
Вэнь Кэсин поспешил взглянуть поближе. Он немного покружил около лаза и прищёлкнул языком:
— Говорят, подземный мир соединяется с миром живых в точке схождения иньских энергий. Один из признаков такого места — засохшая акация. Ты знаешь, что акация обладает иньской энергией, поэтому её зовут деревом призраков?
Чжоу Цзышу от рассказов о призраках нисколько не изменился в лице. Он продолжал слушать, скрестив руки на груди. Описания Вэнь Кэсина были весьма красочны:
— Легенды гласят, что в корнях старой акации скрывается безымянная могила. Под надгробной плитой берёт начало невероятно холодная тропа к Жёлтому источнику,[72] усыпанная алыми ликорисами.[73] По ней в полнолуние седьмого месяца[74] призраки покидают подземный мир, чтобы ненадолго вернуться к живым. Если спуститься по этой тропе из мира смертных, то окажешься у врат Диюя.[75] Прошедший через врата больше не является живым человеком и должен пересечь мост Найхэ.[76] На том мосту души пьют суп богини забвения Мэн По, чтобы освободиться от воспоминаний о прошедшей жизни… Эй!
Чжоу Цзышу уже спрыгнул вниз.
Вэнь Кэсин оторопело проводил глазами исчезающий во тьме силуэт и тоже нырнул в тёмный лаз. Он уверенно приземлился на мягкий грунт, поднял взгляд и успел заметить в лунном свете мимолётную улыбку Чжоу Цзышу.
— Вэнь-сюну тоже интересно воочию увидеть дорогу в преисподнюю?
Вэнь Кэсин ответил без тени иронии:
— Конечно. Чтобы в следующий раз, когда я буду рассказывать истории, я мог с чистой совестью добавить, что всё сущая правда.
Чжоу Цзышу покачал головой и снова улыбнулся. Вдруг Вэнь Кэсин приложил палец к губам в жесте молчания и наклонил голову, пытаясь разобрать какой-то звук.
— Что это за шум? — спросил он шёпотом.
Чжоу Цзышу напряг слух и неуверенно предположил:
— Ручей?
Глаза Вэнь Кэсина торжествующе блеснули. Он даже забыл понизить голос, когда воодушевлённо изрёк:
— Видишь — легенды не врут!
Извилистый туннель, ведущий к воде, оказался таким узким, что можно было протиснуться только по одному. Самые тесные участки пути приходилось преодолевать, скрючившись и сжав плечи. Раздражённый неудобным положением Чжоу Цзышу ворчливо подумал, что они ошиблись могилой: этот путь в преисподнюю был предназначен не для взрослых мужчин, а для женщин и детей.
Было непонятно, как далеко они забрели. Оба успели по уши выпачкаться в грязи, когда проход внезапно расширился. Их взорам открылась огромная пещера с подземной рекой, тёкшей из черноты в черноту.
По пещере гулял неизвестно откуда взявшийся ветер. Пронизывающие потоки воздуха обдували со всех сторон. Даже Вэнь Кэсин в этот момент притих, перестав пугать сказками о «невероятно холодной тропе к Жёлтому источнику».
Примечание к части
? Ракшасы — демоны-людоеды и злые духи в индуизме и буддизме.
? «?????,?????» — «Луна поднимается над ивами, они встречаются после заката» — расхожая фраза из стихотворения Оуян Сю (1007— 1072). Используется для обозначения романтического характера встречи.
? «???» — волшебное зеркало для обнаружения (и отпугивания) нечисти. При строительстве нового дома люди вешали такие «волшебные» зеркала над входной дверью. Фигуральное значение: то, что раскрывает истинную природу вещей.
? Жёлтый источник — ??,река подземного мира, распространённое название преисподней в китайской мифологии.
? Алые ликорисы — в китайской культуре этот цветок ассоциируется со смертью. Также известен под названием «паучья лилия».
? Полнолуние седьмого месяца — День духов, или Фестиваль голодных духов.
? Врата Диюя — Диюй — подземный мир в китайской мифологии. Отличается от христианского представления об аде тем, что каждое существо отправляется в него после смерти перед реинкарнацией. В этом отношении он ближе к понятию чистилища.
? Мост Найхэ — мост Беспомощности (???), который должна пройти каждая душа перед реинкарнацией.
Том 1. Глава 11. Пещера
Чжоу Цзышу задумчиво созерцал «Жёлтый источник». Видимо, в поместье Чжао он слишком хорошо поел[77] и отдохнул, раз появились силы для глупостей. Нормальные люди не прыгают очертя голову в подозрительные тёмные туннели. Поэтому Чжоу Цзышу счёл за благо развернуться и пойти обратно.
Глава школы Хуашань не был образцом благородства. Яблоко от яблони недалеко падает: его сын с юности снискал репутацию развратника и не вызывал сочувствия. Всякий обитатель цзянху мог быть ранен или убит в любой момент — стычки являлись обычным делом. Неважно, какую часть Юй Тяньцзе перерезал паучий шёлк — шею или его достоинство — это никоим образом не касалось Чжоу Цзышу.
