Она лежала на спине на оливкового цвета пляжном полотенце, ее желтый купальный костюм плотно облегал тело, солнечные очки с большими круглыми стеклами придавали ее обличью что-то муравьиное, а под соединительную дужку очков был заправлен узким концом большой каштановый лист, защищавший нос от солнечного ожога.
Он остановился в нескольких шагах и на мгновение залюбовался ею. Потом нашел маленькую плоскую плитку гравия и кинул, как монетку в денежной игре, на ее грудь. Она порывисто села.
— Ах, это ты, Мартин? Безобразник! Ты испугал меня. Я полагала, что у тебя сегодня тренировка?
— Человек предполагает, а господь бог располагает, — сказал он весело и улегся рядом с ней на живот, прямо на раскаленную гальку.
Он ловил счастливое мгновенье, сожаление о вечерних рухнувших надеждах улетучилось, как только он увидел ее перед собой. Предвкушение радости встречи с ней начало овладевать им, еще когда он решил идти на Ай-Петри, сразу же подумав, как хорошо, что нашелся повод увидеть ее сейчас же, вместо того чтобы дожидаться вечера. Правда, его беспокоила неуверенность, застанет ли он ее на пляже? А если и застанет, вдруг она будет не одна, а в окружении толпы поклонников? Как тогда он сумеет улучить момент, чтобы объяснить ей новую ситуацию, да так, чтобы не попасть в немилость? Теперь все сомнения исчезли, она была здесь, она была одна, хотя и знала, что он не должен был прийти, она была здесь для него и, кажется, радовалась его появлению. Торжество оттеснило все прочие чувства и мысли, он считал теперь ненужным сразу же ни с того ни с сего начинать неприятный разговор о своем вечернем предприятии, у него еще было в запасе время. Он повернул к ней свое лицо, на котором она могла прочесть выражение ничем не омраченного счастья.
— Выходит, твоя команда может обойтись без тебя?
Значит, она помнит, что у него было намечено на сегодняшнее утро. Это наполнило его удовлетворением и гордостью — она думала о нем, он занимал ее мысли, он был для нее не кто-нибудь, а возможно, уже «он», хотя знакомству их всего лишь три дня. Как относительно понятие времени! Три дня, целая вечность… Он уже не мог представить себе свою жизнь без этого нового содержания. Он не говорил себе «без нее», не настолько уж он был романтичен, однако ощущал, насколько изменилась его жизнь с тех пор, как она заняла в ней свое место. Удивительно, но за эти три дня изменилась не только его теперешняя жизнь; казалось, что вся его прошлая жизнь как-то подверглась влиянию этой встречи, что многие обстоятельства его прежней жизни стали выглядеть по-иному в свете этого знакомства.
— Нет, это я могу обойтись без нее.
«Скорее, чем без тебя», — хотелось ему добавить, но он удержался. Комплименты, ухажерство — это оружие таких бабников, как Юра, его товарища по спортивным забавам.
— А вчера у меня сложилось впечатление, что ты и без меня можешь легко обойтись.
Она сама начала легкую пикировку. Ее слова означали, что она выделяет его среди других. Это его порадовало, однако не добавило уверенности. Разве можно было сбрасывать со счета мужчин из ее санатория, не говоря уже о мужчинах Львова, откуда она приехала?
— Вчера и я так полагал.
Ну что ж, если тебе так нравится, подумал он, давай вести словесную игру.
— Значит, со вчерашнего дня произошли большие перемены?
А в самом деле, что же существенное изменилось со вчерашнего вечера?