— Ничего страшного, — Рикер невозмутимо встал напротив моего кресла, почти вплотную ко мне, облокотившись на стол. Глаза его блестели. На меня он смотрел с нотками восхищения и теплоты. Не понимаю, как такое бывает? — У меня здесь есть, где помыться. Всех посетителей я отменил. Если тебе интересно, может и мой рабочий стол задействовать.
Все. Я убью его. Прямо сейчас. Мысль была настолько желанная, страстная и яркая, что браслет моментально среагировал. С той же силой и отдачей, что и мое желание. Меня моментально скрутило от боли. Я упала с кресла и свернулась в комок. Боль не хотела уходить, потому что и мое желание, не смотря на меры предпринятые ограничителем, не пропадало.
— Миа, что такое? — раздался надо мной встревоженный голос Рикера. Моего плеча коснулась его рука. Я отдернулась и стала глубоко дышать. Немного отпустило. Но не до конца.
— Миа!
— Это ограничитель, — прохрипела.
— Не совсем сейчас понял. При чем тут твой браслет.
Каркающе рассмеялась.
— Ну Вы же сами, по Вашим словам, сняли с меня все эмоциональные барьеры. И я захотела Вас убить. Сейчас. Причем убивать я хотела долго и мучительно, — мне теперь уже можно многое говорить прямо. Хуже уже не будет, наверно.
Молчание.
— Не думал, что все настолько плохо, — раздался надо мной спокойный голос супруга. Мне помогли подняться. — Что же, пойдем тогда.
— Куда?
— Скоро узнаешь. Не бойся, тебе понравится.
— Я не хочу…
— Нет, я про другое.
Несколько довольно длинных переходов, и Рикер приводит меня в спортивный зал. Отчего-то здесь сейчас никого нет. Зачем мы тут? Муж вводит на дверной панели какой-то код, и створки блокируются, после чего уже на своем компьютере что-то нажимает и только после этого переводит взгляд на мою персону.
— У меня есть два способа избавляться от негативных эмоций. Первый — это бой на ринге, а второй — сражение уже в горизонтальной плоскости. Тебе предлагаю пока первый вариант.
Рикер подвел к хорошо освещенному широкому полукруглому помещению, огороженному бортиком-стойкой. Мы прошли на этот своеобразный ринг. Пол вроде бы твердый, но, кажется, чуть пружинит. В одном из углов заметила стопку матов и разнообразный спортивный инвентарь. Прямо на ограждающей ринг стойке супруг активировал еще какую-то панель, тоже что-то нажал и мой браслет с тихим звуковым сигналом потух, а по краям бортика зажглись красные линии.
— Снять твой браслет без оформления множества бумаг и достойной причины, в течение пяти первых лет твоего здесь нахождения, невозможно. Зато, для подобных тренировок деактивировать на время вполне можно, — Рикер встал напротив меня. — Так что давай, бей меня, раз уж так хочется. Я перед тобой, браслет мешать не будет.
Я сложила руки на груди и нахмурилась.
— Вы ерундой занимаетесь. Я не буду Вас бить. Это ничего не изменит.
— Дорогая, ты не последовательна. Сначала ты страстно желаешь меня убить, а сейчас отказываешься даже ударить. У тебя все равно нет столько силы, чтобы причинить мне большую боль. Впрочем, если не хочешь, мы можем уйти. Сама потом будешь жалеть.
Только одно не поняла. С чего он взял, что я не смогу его сильно ударить?
С разворота, со всей дури бью Рикер ногой по челюсти. Мужчина падает. Сплевывает кровь. Потирая лицо, с любопытством смотрит на меня. Никакой злости или обиды я не заметила.
— Очень неплохо. Где-то обучалась бою?
— Да, пришлось, чтобы суметь защитится от таких, как Вы.
— И что, часто приходилось защищаться?
— Да.
Супруг поднялся, что очень хорошо, лежачих бить не люблю.
— Ну, и как, тебе стало легче? Получила удовольствие?
— Все произошло так быстро. Я не поняла. Надо попробовать еще, — я вновь замахиваюсь, опять ногой, но в этот раз я целюсь в печень. А может и в пах — тогда на какое-то время супруг забудет о своих требованиях. Жаль только, медицина у нас сейчас способна все быстро восстановить.
К сожалению, мой новый удар цели не достиг. Рикер неуловимым для взгляда движением отстранился. Вот это скорость. Я попыталась достать его еще и еще, но он ловко увернулся. А жаль. Бить мужа мне на самом деле очень понравилось и доставило изощренное удовольствие. Чувствую, как улыбка помимо воли расползается на лице.
— Вы тоже, как-то не последовательны, — напевно протянула я. — Сами предлагали себя ударить, а теперь убегаете.
Рикер усмехнулся.
— Милая, я же не знал, что ты такой профессионал в деле избиения своих обидчиков. Поэтому предлагаю изменить условия. Можешь меня бить, но я буду защищаться и уходить от удара. Достанешь меня — замечательно.
Поморщилась.
— Я вижу, что Вы профессионал, и, видимо, долго уже занимаетесь различными видами борьбы. Так что вряд ли я Вас достану. Так что это не честно.
— Миа, а бить, того, кто не сопротивляется, лучше?
Пожала плечами.
— Я не сопротивлялась. И Вам, видимо, так было лучше.
— Не было. От тупой покорности я не получаю удовольствие. Однако в тот день свой выходкой ты меня сильно взбесила. Чего мне стоило замять это дело, не передать. Я не оправдываюсь и извиняться тоже не собираюсь. Единственное, могу пообещать, что отныне всегда буду давать тебе возможность «сопротивляться».
