— Пройдёт, — легкомысленно проговорил Эндрюс. — Сегодня расслабишься. Я займусь выступлением на апелляции Ирвинга. Ты не можешь идти в суд... э... в таком виде. Пятно греха, да? Дай-ка мне адресок этого пятна — когда я буду в отпуске, — многозначительно добавил он.
Мисс Крампиг тоже разинула рот, как только принесла утреннюю почту. Но она вежливо скрыла своё изумление за светской беседой.
— Сегодня жарко, не правда ли, мистер Айлс? Бог мой! Хотела бы я оказаться на северном полюсе!
Айлс подскочил.
— Не делайте этого!
— Не делать чего, мистер Айлс?
— Дурацких пожеланий. Никогда не знаешь, к чему они приведут. И чтобы я больше не слышал от вас такого!
Он провёл напряжённый день, работая над бумагами и ни с кем не видясь; хороший, унылый, тупой день. Он вернулся домой вовремя, раздумывая, что Линда приготовит на ужин и какой грех он сможет заставить себя совершить этой ночью. Не ещё одно похищение; определённо, не похищение. Подстрекательство суда смотрелось многообещающе; однако как он сможет...
Приветствуя его, Линда предупреждающе нахмурилась.
— Люди, — сказала она. — Странные. Не думаю, что это потенциальные клиенты, но они настаивают на встрече с тобой. Они тут уже несколько часов, и пива уже больше не осталось, и...
Айлса охватил трепет предчувствия.
— Не оставляй меня, — сказал он.
Предчувствие оправдалось. Он не мог быть уверенным в лице похищенной девицы, но запах был определённо её. Как же она... И тут его осенило. Так просто было прочесть его имя и адрес на карточке у руля. А рядом с ней, окружённый баррикадой из пустых пивных бутылок, сидел самый крупный мужчина, какого когда-либо видел Гилберт Айлс. Он смахивал на водителя грузовика; но грузовик, достойный его, должен был бы превосходить по размерам всё, что только можно встретить на дорогах.
— Вот он! — взвизгнула девица.
Гигант встал, без лишних слов схватил в руку бутылку и швырнул её в голову Айлса. Та пролетела в паре миллиметров и врезалась в стену. Затем последовал кулак гиганта, и он не промахнулся.
Гилберт Айлс обнаружил, что сидит на столе в соседней комнате. В его ушах звенело не только от крика Линды.
— Морис, ты красава! — хохотала похищенная.
Морис ухмыльнулся и заметно размяк.
— Это было только начало.
Линда решительно встала перед ним.
— Отличный способ действий! Приходите ко мне в дом, выпиваете всё моё пиво, а потом бьёте моего мужа! Рядом с вами джентльмен, чёрт подери. Вот вам! — И она ударила его по огромному круглому лицу. Для этого ей пришлось встать на цыпочки.
— Послушайте, леди, — почти извиняющимся тоном пробормотал Морис. — Спасибо за пиво, конечно. И, может, это и ваш муж, но он оскорбил мою сестру. А теперь пропустите меня к нему.
Гилберт Айлс попытался встать со стола, но у него закружилась голова и подкосились колеи. Он поджал под себя ноги и сел, как Срибердеджибит, чувствуя, что так же непрерывно меняется в размерах.
— Любой придурок, который оскорбит мою сестру, — объявил Морис, — получит то, что ему предстоит. В этом весь я.
Линда слегка развернулась к мужу.
— А ты, Гил? Ох... Но ты же сказал, что не будешь. Обещал, что не будешь.
— Что я сделал? — Айлс держался за стол обеими руками; тот явно намеревался превратиться в ковёр-самолёт бородача.
— Ты... оскорбил её? После того, как вчера днём...
— Я этого не делал, — огрызнулся Айлс. — Категорически отрицаю. Я не оскорблял её.
— Ах, нет? — Похищенная подошла к нему. — Меня в жизни так сильно не оскорбляли.
— Ох, Гил...
— Послушайте, леди, — запротестовал Морис, — мне пора к делу приступать. Идите готовьте ужин или типа того. Не стоит вам видеть такое.
— Но я не делал этого! Клянусь! Я просто похитил её.
Ногти девушки сверкнули перед его глазами.
— Ах так? Это ты и сказал. Говоришь девушке, что собираешься её похитить, и увозишь к чёрту на рога, и уезжаешь, оставив её на бобах, и так ничего с ней и не делаешь, и если это не оскорбление, то хотела бы я знать, что это такое.
— И мне это не нравится, понял? — добавил Морис.
Линда облегчённо вздохнула.
— Ох, Гил, дорогой! Я знала, что ты этого не делал.
Морис подхватил её огромной лапищей и небрежно отодвинул в сторону.
— Оставайтесь, леди, если хотите. Но меня это не остановит. И спасибо за пиво.
Намерением Гилберта Айлса было соскользнуть с другой стороны стола. Но дрожащие колени предали его, и он скользнул вперёд, слева от шнурков Мориса.