– Утвердят?
– А что им останется делать? Ведь за него очень просили, хотя и признавали отдельные несоответствия … Я тогда высказал сомнения, но меня обвинили в предвзятости и боязни конкуренции …
– А на комиссии?
– Обычный бардак. Грызутся и мало думают о деле.
– И чем же все кончилось?
– Пришлось «умыть» обоих. А одному через некоторое время светит персональная пенсия.
– Надеюсь, ты не скандалил там?
– Ну, что ты, я теперь такой белый и пушистый! Скандал впереди … Правда, работы нам прибавилось, особенно Виктору … А дети где?
– Они как ушли с утра гулять, так и не приходили. Знаешь, мне так хочется, чтобы … Не озябли бы …
– Сравнила – морозы здесь и морозы у нас. А Уля стала совсем взрослой …
– Мне Уля очень нравится. А тебе? Давай не будем мешать им …
ЭТО – СКАЗКА
– Ты не озябла?
– Я тепло оделась … Ну, рассказывай, рассказывай!
– Договорились – это сказка, и только для тебя одной. Никому!
– Да рассказывай же!
– Там солнышка не бывает совсем и всегда пасмурно. К этому трудно привыкнуть. И снег там не такой – он крупинками и хрустит под ногами. Особенно вечером.
– Ты ходил гулять вечером? … Один?…
– Мы все вместе выходили погулять перед сном, но потом я стал гулять отдельно от отца с мамой … чтобы не мешать им. И завел себе даму!
– Ты же говорил, что девочек там нет?
– Моей дамой стала Оля Петрова.
– Это та, со шрамами? Но она же старая!
– Мы с Олей гуляли и она мне рассказывала … в общем, она плакалась мне в жилетку. А я – ей …
– И что же она рассказывала?
– Это очень личное и она знала, что я никому не расскажу.
– Но мне-то можно?
– Тебе – можно, но не сейчас. А потом я ей рассказывал про девочку Улю, которая осталась в Москве … О которой я все время думаю, которую постоянно рисую, и которой никак не могу написать письмо …
– А я думала о тебе здесь … и боялась, что ты меня забыл …
– Это невозможно – забыть тебя. – Гриша повернул ее к себе лицом. – Даже если … ну, даже если у тебя появится кто-то другой …
– Никто появиться не может! Не может, потому что ты – самый лучший … И я буду ждать тебя сколько хочешь …
Они обнялись насколько позволяла теплая одежда и прижались щекой к щеке.
А потом раскрасневшиеся они вбежали в Гришину комнату и повалились на диван.
– Ох, как я устала! Ног не чувствую!
Они стали раздеваться. Уля стала стягивать теплые рейтузы и теплые гетры. Пробежав в чулках к дивану она устроилась там, поджав под себя ноги и наблюдая за раздевающимся Гришей.
– Ну, иди скорей!
Она пристроилась у него под боком, коротенькое коричневое платьице открыло резинки, которыми были прицеплены чулки в рубчик, но они оба не обратили на это никакого внимания.
– Ну, рассказывай про собаку!
ВЕСТОЧКА от ОЛЬГИ
Ужинали все вместе – Свиридовы, мама Галя, деда Вася и Уля.
– Папа, мне необходимо поговорить с Антиповым.
– Тогда пойди к нему сейчас, пока он еще … ну, сейчас самое время.
– Тогда бегу!
– Владимир Владимирович, это Гриша Свиридов!
Дверь открыл Антипов в расстегнутой рубашке.
– Гриша? Заходи …
По не очень твердым шагам Гриша понял, что пришел несколько поздно, но что оставалось делать.
– Дядя Володя, можно мне вас так называть?
– Валяй!
На столе стояла почти пустая бутылка водки.
– Я пришел … Я звуковое письмо!
– Как это? – Антипов даже встрепенулся.
– Я звуковое письмо от Оли Петровой. Она … поручила мне сказать вам …
– Стоп! Ты привез мне весточку от Ольги?
– Да, дядя Володя. Но я начну с начала. Итак, Оля просила меня сказать вам …
«Дорогой Володя! Гриша передаст тебе мои слова почти дословно – он выучил мое послание. Дорогой Володя! Я помню каждую минуточку, когда мы с тобой были вместе. Без этого мне было бы очень трудно. Я тебя люблю, люблю и еще много раз люблю. Все остальное Гриша может рассказать тебе, если сочтет нужным. Твоя Оля.»
– Это я выучил, дядя Володя. Письмо кончилось.
– Так мало? Расскажи, расскажи еще – ты … как это там – если сочтешь нужным?
– Ваша очередь писать письмо. Я слушаю.
– Да? Тогда слушай, – Антипов закрыл глаза.
«Оленька! Дорогая моя, милая и любимая! Мне так не хватает тебя! Даже не думал, что будет так трудно вдали от тебя. Очень жду, очень люблю, очень скучаю, очень глажу … Целую всю целиком и в отдельности. Твой навсегда.»
– И еще скажи, что у меня все в порядке. Она все равно узнает, что тут произошло, но это ерунда. Так и скажи. Хорошо, Гриша?
– Да. Теперь я могу рассказать вам о ней, о том, что она чувствует и думает, как она вас любит и как скучает … И еще я вам обещаю подарить портрет Оли …
Гриша засиделся у Антипова допоздна, рассказывая об Ольге и о далеком городе «Солнечный» …
ВПК
Заседание ВПК было посвящено исключительно проблеме осмия и началось оно с заявления Филимона Потаповича.
– Мы проанализировали все образцы, полученные от товарища Свиридова. И в результате можем ответственно заявить, что такое сырье вполне пригодно для производства нашей продукции, хотя по содержанию примесей этот материал намного превосходит наши требования.
– Конкретнее, пожалуйста.
