Потом стали звонить из города, потом позвонили по ВЧ Дементий Кузьмич и Евгения Павловна.
– Толя, надо бы отметить?
– Все-таки генерал – это тебе ни хухры мухры! – добавил Гриша.
– А я теперь генеральская секретарша! – засмеялась Суковицина.
– Анатолий Иванович! Я тебе везу погоны! – позвонил Брызга.
И вечером, после пересменки в кафе было тесно, все пытались славословить, но Свиридов всех прерывал.
– Ну, теперь совсем зазнаешься! – поздравить Свиридова подошел Виктор с Виолеттой. Она тоже поздравила Свиридова и робко коснулась его щеки. А названные сестры не стесняясь целовали Свиридова, извиняясь перед Тоней, и от них не отставали и Карцева, и Ерлыкина, и Долгополова, и даже Иванищева.
– Я рад за тебя, Свиридов, – обнял его Умаров. – Ты давно заслужил это, неважно, что ты не кадровый …
От застолья Свиридову отвертеться не удалось. Желающих поздравить его было так много, что пришлось организовать это мероприятие в кафе, но места не хватало и там.
В бокал Свиридову загрузили генеральские звезды, привезенные Брызгой, и он выпил и выловил эти звезды губами.
Но категорически пресекал все поползновения славословия в свой адрес.
Танцуя со Свиридовым Диана спросила его.
– Как же мне теперь вас …
– Поколочу!
– Как же мне тебя называть? Генерал, сэр? – Диана перешла на английский. – Это ведь такое большое повышение
– Все это суета, Дайяна. Все суета …
Тоня занялась военной формой генерала Свиридова – его парадный китель со всеми наградами висел в шкафу, и эту форму он не надевал здесь ни разу.
Теперь пришлось перешивать погоны, и менять знаки различия на камуфляжной форме.
– Ты рад?
– Знаешь, Тонечка, я почему-то ничего не чувствую. Мне до этого нет дела … Странно?
– Не знаю … Мы с Гришей гордимся тобой независимо от чинов, но все равно приятно. Приятно, что тебя ценят, что с тобой считаются.
– И сколько теперь появится завистников – почему ему дали генерала? Он вообще не кадровый!
– А поздравления Белоглазовых? Они что, тоже завидуют?
– Нет, они не завидуют. Они просто рады. И ротные – видела там приписку?
В штабе утром теперь раздалась новая команда.
– Товарищи офицеры! Товарищ генерал-майор, рабочая смена штаба приветствует вас!
– Здравствуйте, товарищи!
– Здравия желаем, товарищ генерал-майор! Поздравляем с присвоением звания!
– Спасибо. Вольно. Давайте работать …
«КОРОЛЕВА БЕЗ ПРИКРАС …»
А старшая Суковицина иногда выступала с концертами. Голос у нее был приятный, двигалась она хорошо, но репертуар у нее был неустойчивый, если не сказать – странный.
Сегодня она пела под аккомпанемент рояля.
Я пришла на солнечный пляж,
Золотой, как облако сна.
Смыло море мой макияж,
Унесла одежду волна.
Цвет волос моих как песок,
Зелень глаз почти как прибой.
Хоть недолго, хоть на часок,
Но я хочу быть сама собой.
Сегодня она вышла на сцену в какой-то переливающейся золотистой мантии.
Я королева золотого песка,
Я королева без прикрас и одежд,
Я королева – вот моя вам рука
И грезы надежд.
Первым неладное почувствовал Свиридов и стал пробираться за кулисы.
Я себя от вас не таю,
Я не призрак и не мираж.
Я на сцене жизни пою -
Эта сцена солнечный пляж.
Я сегодня вся как сюрприз,
Валентина в своем золотистом одеянии двигалась по сцене, видно было, что под мантией она двигала руками, и Свиридов понял, что именно задумала Валентина.
Поэтому к следующим ее словам он уже стоял позади Валентины.
Я одежды сбросила груз,
И кричат мне с восторгом бис,
У тебя превосходный вкус!
И Валентина действительно сбросила свою золотистую мантию и осталась на сцене полностью обнаженной.
Это было так неожиданно, что все зрители дружно выдохнули – телосложение у нее было отменное и загорала она в бассейне практически без одежды.
Конечно, это было очень красиво, хотя и совершенно неуместно.
Я королева золотого песка,
Я королева без прикрас и одежд.
Я королева -
Вот моя вам рука4
И грезы надежд.
Валентина вскинула руки и застыла, а Свиридов медленно поднял ее мантию и закутал ее, оставив свободными руки.
Но гробовая тишина в зале была для нее неожиданной и вместо слов у нее вырвался какой-то нечеловеческий хрип.
Свиридов обхватил ее поперек тела и в несколько шагов отнес в гримуборную, куда сразу же вбежал Аскадский.
– Как же это? Что же это?
Валентина вырвалась из рук Свиридова, бросилась на Аскадского, растопыренными пальцами целясь ему в лицо. Но Свиридов двумя пощечинами отбросил ее в угол и вытолкал Аскадского из комнаты.
– Молчать! – он в полную силу старался передать ей сигналы успокоения. – А ну-ка завернись в свой балахон!
Валентина послушно подняла с пола золотистую материю и стала прикрывать тело.
– Слушать меня! Неделю молчать – ни единого слова! Нарушишь – не сможешь петь никогда!
– Аркадий! – позвал Свиридов. – Следить за Валентиной! Не давай ей разговаривать, не будет слушаться – бей! Побоишься бить – она не сможет петь никогда …
КОМАНДИРОВКА с ДИНОЙ
– Тонечка, начинаются игры с ЦРУ. Как ни жаль, но мне придется поехать с Дианой для прикрытия – ей прислали вызов на внеплановую встречу.
Тоня очень долго молчала.
