Через несколько дней две большие фуры остановились у старой избы на опушке леса. Из одной вылез Пармен Порфирьевич и стал выводить лошадей. Лошади немного упирались, но войдя в теплое стойко принимались жевать сено. А из другой фуры офицеры стали выгружать вещи и под руководством Аксиньи Паисьевны заносить в дом. Им на помощь пришли сварщики Михеича и несколько женщин из больницы. Прибежала Анюта, и в избе затеплилась жизнь.
Когда вечером проведать новоселов приехал Свиридов, то окна избы весело светились, а на столе стояло скромное угощение. И несколько женщин из больницы, и несколько монтажников Михеича сидели за столом и встретили Свиридова веселыми приветствиями.
К лошадям Свиридов тоже зашел, погладил их и поговорил с ними.
А утром на конюшню устроили набег мальчики во главе с Дашей и Любой, и надо сказать – к взаимному удовольствию. Лошади были рады, а уж как рады были мальчики! Тем более, что с ними вместе знакомиться пришел Сандал, который обнюхивал лошадей, а они обнюхивали его.
Аксинья Паисьевна и Олеся тоже с удовольствием знакомились с мальчиками, с Дашей, с Любой, с зашедшей к ним Дианой.
В просторной избе появился чуждый предмет, воспринятый с известным удивлением и недоверием – холодильник. И Пармен Порфирьевич, и Аксинья Паисьевна не могли взять в толк, зачем этот шкаф нужен – за дверью, в сенцах всегда было холодно.
А больше всего новоселы были рады молоку – обыкновенному коровьему молоку. Пусть оно было в бутылках, но зато настоящее. Картошку, огурцы и помидоры они привезли свои, хлеб Аксинья Паисьевна с Олесей пекли в русской печке, а вот молоко – раньше оно было нечастым гостем на их столе.
ЭТО ТОЖЕ ТЕРАПИЯ
Еще через несколько дней лошадей стали выводить – вываживать, и мальчики даже попробовали сесть верхом. А когда привели в порядок розвальни, то радости не было предела.
Всей кучей мальчики с Дашей или с Любой садились в сани, Пармен Порфирьевич брал в руки вожжи и они трусили по дорогам среди леса.
К лошадям приходили пациенты из больницы. Прикармливали хлебом, гладили, разговаривали с ними. А женщин Пармен Порфирьевич катал в розвальнях. Среди женщин, с удовольствием повизгивающих в санях на поворотах, была и Диана.
После работы лошадок чистили. Скоро в помощь Пармену Порфирьевичу стали приходить монтажники Михеича, стала приходить Диана, стали приходить мужчины из больницы.
– Это – тоже терапия, – заявила главврачу Диана, и тот не посмел ей возражать.
ИССЛЕДОВАТЬ КРОВЬ
Агелина Митрофановна с планами и программами пришла с утра, и конечно с Умаровым – без него она уже к Свиридову не ходила. Все бумаги она передала еще вечером, и Свиридов познакомился с ними. Поэтому разговор был коротким – всего часа на два.
– Что же, Ангелина Митрофановна, материалы, подготовленные вами с Умаром Эрнестовичем, я посмотрел. Мне они показались дельными. Но вот генетические исследования родителей наших мальчиков и некоторых из сотрудников стоило бы расписать более подробно. Мне представляется, что туда входят не только анализы ДНК и полная расшифровка состава крови пациентов …
Иванищева уже привыкла к тому, что Свиридов прекрасно разбирается в любых тонкостях, поэтому разговор сразу пошел на профессиональном уровне.
– А вот этого я ждал от вас, – Свиридов выудил из пачки бумаг план работ по исследованию влияния излучателей на наследственность.
– Я ожидал, что вы забракуете первоначально предполагавшиеся исследования на живых образцах – на морских свинках, и справедливо замените все исследованиями образцов крови.
– А если знали, то почему сразу об этом не сказали? Мы бы не писали вам такие обоснования …
– Мало ли что я знаю, ведь специалисты здесь – вы. Свинок для некоторых опытов мы все равно оставим – их удобнее исследовать на длительность и комплексность, но основные исследования, как вы справедливо указываете, можно производить на образцах крови. На хорошо исследованных образцах крови, и именно в образцах может быть сложность.
– Какая?
– Образцы должны быть одинаковыми с одной стороны, и разными – с другой стороны. Сколько нам понадобиться крови? Можно ли использовать законсервированную кровь для переливания?
– Мы с Умаром Эрнестовичем думали над этим. Желательна относительно свежая кровь здоровых людей, но образцы крови сотрудников центра тоже надо будет исследовать. Поэтому объем исследований будет весьма большим – надо ведь нащупать область чувствительности.
– Вот это, как мне кажется, нужно не только расписать более подробно, но и привлечь Потаповича и планирование эксперимента для сокращения числа опытов.
– Это позволит сократить число экспериментов, Ангелина Митрофановна. Мы это сделаем, Свиридов.
– А как с исследованием крови круга родителей наших мальчиков?
– Мы отобрали образцы крови пока только у всех родителей мальчиков. Доступных родителей … Аналитики работают в четыре смены, и дней через десять мы будем иметь исчерпывающие результаты.
– Ничего неожиданного пока не наблюдаете?
– Пока нет. Но еще рано делать выводы.
