Успев разоружить друг друга, Эйн и его противник бьются врукопашную, то сцепляясь, то вновь раскатывась в стороны. Киборг теснит Эйнстока, вынуждая отступать и защищаться. Пропускать удар за ударом.
Эйн едва успевает вскинуть плечо, закрываясь от броска ножа в шею. Сила удара пробивает броню вместе с плотью. Киборг подскакивает вплотную, вырывает нож, бьёт ещё. Лезвие входит под ключицу, увязает в кевларовом композите. И ещё раз. И ещё. До тех пор, пока Эйнсток не подставляется боком, позволяя ножу с чавканьем войти под рёбра, в пробитую пулями прореху на броне. И тут же резко разворачивается, заклинивая лезвие, выворачивая держащую его руку инерцией движения. Скрюченные пальцы бьют противнику в шею. Киборг вздрагивает, оседает на землю. В сжатом кулаке Эйна поблёскивают имплантатами несколько вырванных с мясом позвонков.
Сдвоенная очередь.
Эйнсток тяжело отступает под защиту одной из стен, оставляя на земле размазанный кровавый след.
В рации шлема звучит сдавленный тонкий вскрик.
– Юковски, цела? – голос Кристофа. – Юковски! Докладывай!
Томительные секунды тишины.
– Цела… – в голосе слышны слёзы.
– Отходи, – командует Кристоф. – Не высовывайся без нужды.
Очередь слева. Брэд почти не глядя швыряет гранату. Предпоследнюю. Справа эхом отзываются ещё два взрыва: там должен обороняться Эрих.
Сколько времени прошло с начала атаки? Брэд не понимает. Картинка перед глазами плывёт. Кажется, ранение оказалось серьёзнее, чем он думал.
Запас патронов тает на глазах. В здании у самого обрыва осталась последняя спрятанная винтовка. Дальше отступать будет некуда.
По полуразрушенной лестнице Брэд тяжело взбирается на третий этаж. Строение, в котором должна держать оборону Ррагна, молчит. Но, кажется, чья-то винтовка ещё огрызается ближе к обрыву. Разглядеть, кто стреляет, Брэд не может, а заложенные уши плохо различают направление звука. Зато с высоты чётко видно, как в соседнем здании Эрих высовывается для выстрела и резко оседает, зажимая рукой шею. Из-под ладони толчками выплёскивается кровь.
Брэд выпускает длинную очередь по нагромождению камней: кажется, стреляли оттуда. Он не успеет пробиться к Эриху. Но может дать ему хоть немного времени, приняв огонь на себя.
Когда Брэд на секунду поднимает голову, он видит рядом с Эрихом Йесси.
Взрыв!
Йесси падает лицом вниз и остаётся лежать, больше не двигаясь.
Ещё взрыв!
Пол под Брэдом обрушивается, вместе с грудой камней увлекая вниз. Дикая боль в позвоночнике вышибает воздух из лёгких. Бетон проламывается, опрокидывая ещё на этаж ниже. Брэд глохнет от собственного крика: массивный кусок перекрытия падает на ногу, с треском ломает искусственный сустав вместе с живой костью. В глазах темнеет от боли. Рыча сквозь стиснутые зубы, Брэд пытается сдвинуть плиту, вывернуться из-под неё – раз, другой. Бесполезно. Нога застряла намертво.
Новый взрыв. Стена змеится разломом, кренится, какие-то доли секунды преодолевая прочность покорёженной арматуры.
И складывается внутрь, будто картонная.
Брэд даже не успевает подумать, что это конец. Лишь инстинктивно зажмуривается и закрывает голову. Грохот. Пыль, наполняющая лёгкие, раздирающая горло. Внезапно наступившая тишина звоном давит на уши. Тишина?.. Брэд открывает глаза.
В трёх шагах от него стоит Эйнсток. Грязно-серый от перемешанной с пылью крови. Глыба бетонной стены лежит на его сгорбленных плечах. Красные капли, часто сбегающие по торчащему из-под рёбер куску арматуры, собираются в лужицу у его ног.
– Доп-пустимый ущ-щерб.
Булькающий хрип вместо голоса. Кровь, стекающая по подбородку.
Эйн болезненно передёргивает плечами, сваливая плиту в сторону. Пошатывается, с явным трудом удерживаясь на ногах.
– Должен. Был. Успеть.
Резко выдернутая арматура звякает у ног, плеснув тёмно-алыми брызгами.
Ответить Брэд не успевает. Взрыв со стороны обрыва. Короткая очередь. Вскрик.
Выбитая из укрытия Ррагна бежит под защиту валуна на краю. Простреленная нога подламывается. Ррагна неловко взмахивает руками, пытаясь удержать равновесие, непроизвольно делает несколько шагов. Покачивается, изумлённо охает, потеряв под собой опору… В следующее мгновение над обрывом уже никого нет.
Доли секунды – и на месте нет уже Эйнстока. Четыре прыжка – четыре нечеловечески длинных и стремительных прыжка до края.
Ларай в оцепенении наблюдал, как Эйн, не затормозив ни на мгновение, оттолкнулся ногами и ласточкой нырнул вниз, оставив на пыльных камнях лишь пятна крови.
Брэд уже не видел, как, сгруппировавшись, Эйнсток сумел догнать Ррагну в падении. И что последние секунды он потратил на то, чтобы накрепко стиснуть её плечи, заглянуть ей в глаза, хотя бы взглядом сказать все слова, что так и не были произнесены. И что в эти мгновения в его глазах не было ни тени сожаления.
Он улыбнулся ей – легонько, чуть заметно.
И в самый последний миг рывком развернулся спиной к поверхности, принимая весь удар на себя.
