— Я точно не знаю, — признал он. — А почему это тебя так интересует?
— Вы владеете многими милями плодородной земли, лорд доминус, но ими никто не пользуется, — сказала Лара. — Вы правите этими местами, но не представляете, сколько у вас людей и деревень. Мне кажется это странным. Вас что, это не интересует?
Доминус какое-то время обдумывал свой ответ.
— Мы мирный край, Лара. У людей есть дома, где они могут жить. Они хорошо питаются. Мы стараемся занимать свои руки и мозги работой. Мы делим друг с другом удовольствия. Чего еще хотеть в этой жизни?
— В Хетаре… — начала было Лара, но Магнус прервал ее, подняв руку.
— Мы не в Хетаре, — мягко возразил он.
— Вы больше похожи на Дальноземье, — сказала Лара. — Там я была счастливее, чем в Хетаре. И все равно я не могу избавиться от мысли, что, если вашу землю возделывать, она смогла бы накормить Хетар, и тогда тот перестал бы зариться на Дальноземье.
— У тебя доброе сердце, фея, — произнес Магнус.
— Грядут перемены, — отозвалась Лара. — Скоро вам станет не под силу сохранять вашу изолированность от мира, лорд доминус.
— От Хетара нас отделяет океан, и только короли Прибрежной провинции знают о нашем существовании, — сказал он. — Я не люблю перемены.
— Их никто не любит, особенно большие, — согласилась Лара, — но они все равно произойдут, хотим мы того или нет. Нужно только увидеть их первыми и справиться с ними, пока они еще не распространились и не начали управлять нашими жизнями, — с улыбкой объяснила она.
— Ты поможешь мне с ними справиться?
Лара кивнула:
— Помогу. Но сначала надо попытаться снять с вас проклятие колдуна.
— Мы едем в храм, где он когда-то жил, — пояснил доминус. — Он был одним из священнослужителей, но потом прельстился злым духом и перешел на темную сторону. После этого последователи Великого Создателя отказались от магии.
— Но ты все равно решил привести к ним меня, полуфею? — удивилась Лара. — Ту, чей голос они смогут слышать и понимать?
— Мой дядя — уже избранный будущий епископ — мысленно смотрит в будущее. Я сначала поговорю с ним сам. При храме есть гостевой дом, и ты останешься там, пока я не переговорю с Ариком.
— Храм принимает женщин в качестве гостей?
— Да. — Магнус кивнул. — Принимает. Женщинам не отказывают в возможности посещать церковь.
— Но они это делают очень редко, верно? — На ее губах заиграла слабая улыбка. За это утро она многое успела узнать у Сирват.
— Ты ведь знаешь: мы удерживаем при себе женщин, чтобы защитить их от того, что считаем их слабостью, — сказал доминус. — Но время от времени женщин привозят в храм, чтобы они могли помолиться. Кроме того, есть еще женский орден, связанный с этим храмом.
— Я знаю. Сирват мне про него рассказала, — ответила Лара и переключилась на другую тему. — Никак не могу привыкнуть к красотам вашей земли, мой лорд. Никогда не видела такого разнообразия зелени!
— В Дальноземье разве нет зелени? — поинтересовался Магнус.
— Есть, но не такая. Дальноземская равнина — это как огромный травянистый луг, и кажется, что у него нет ни конца ни края. Только изредка попадаются маленькие рощицы. И с трех сторон его окружают Фиолетовые горы. — Она всмотрелась куда-то перед собой. — О, я вижу, у вас тоже есть горы. На них тоже никто не живет, как и на равнинах?
— Нет. Там есть несколько шахт, где живут горные гномы. Они ведут очень уединенный образ жизни. Дважды в год они приносят к замку свою добычу: золото, серебро и драгоценные камни. Часть этой добычи идет в счет дани доминиону, но основную часть я распределяюпо деревням, в которых умеют работать с таким материалом. В качестве платы гномы получают необходимые или просто желаемые ими товары. Мы уважаем горы, а гномы, в свою очередь, уважают доминион.
— Значит, вот откуда у вас материалы для тех прекрасных товаров, что продаются в Хетаре, — поняла Лара. — А где делают те изумительные ткани, которыми вы торгуете, мой лорд?
— В других деревнях. Часть их жителей ухаживает за червями, прядущими шелковые нити. Другие выращивают овец и получают красивую шерсть. Несколько деревень целиком заняты ткачеством и придумыванием красивых узоров. И есть еще те, где занимаются окраской тканей. У каждой из моих деревень есть свое предназначение, так что все руки заняты.
— И жители никогда не покидают свои деревни? — поинтересовалась Лара. — Кланы Дальноземья каждую осень встречаются на общем Собирании и наносят друг другу визиты.
— Это позволено только особым членам, — пояснил доминус. — В каждой деревне такой есть.
— Но почему?
— Так было всегда. — Магнус пожал плечами.
Они ехали почти весь день. За это время Лара узнала, что общество Теры разделено, как и в Хетаре, возможно даже еще сильнее. В Хетаре можно было сделать карьеру, следуя определенным правилам, но в Тере место, где ты родился, определяло всю твою жизнь. Из разговоров с Сирват Лара поняла, что женщинам это не нравится. «Да, перемены должны наступить, но только в том случае, если голоса женщин снова будут услышаны», — подумала Лара.
