— Я иду спать. Желаю тебе плодотворно поработать.
— Спасибо. А тебе приятных снов.
— Угу, встретимся в кровати.
Сделав пару шагов, я слышу, как за спиной шелестит бумага — Эмиль уже вернулся к документам. Возле дверей в спальню вспоминаю кое-что и оборачиваюсь:
— Чуть не забыла!
Эмиль вскидывает голову и вопросительно изгибает брови.
— Тринадцатого числа я хотела навестить Велу.
— Прекрасно. — Он кивает в ответ. — Я предупрежу Леавиля.
— Прекрасно, — повторяю его слова и уже берусь за ручку двери, когда Эмиль произносит:
— Далия!
Поворачиваю голову на голос.
— Я тоже кое о чем забыл. У меня есть приглашение на музыкальный вечер, который состоится через два дня.
— У кого? — Этот вопрос я задаю лишь из вежливости. На самом деле, у меня совершенно отсутствует желание несколько часов слушать, как любители издеваются над инструментами.
— Он будет проходить в концертном зале с профессиональными исполнителями.
Неожиданный ответ, но восторга по поводу предстоящего мероприятия я все равно не чувствую.
— У меня есть время подумать?
— Разумеется.
— Отлично, тогда я сообщу о своем решении… когда что-нибудь надумаю.
— Жду с нетерпением.
Эмиль опять утыкается взглядом в папку, и я наконец-то добираюсь до спальни.
Открываю глаза и бессмысленно смотрю на полоску света, пролегающую от двери в гардеробную. Странное ощущение, будто меня кто-то толкнул, и я проснулась. Такое со мной случается, но очень редко. Как правило, уснуть снова после подобного пробуждения не удается.
Мозг постепенно включается. Проходят минуты, но я по-прежнему лежу в той же позе и по-прежнему смотрю на свет. Он придает интересный оттенок синему ковру. Такой тон мне не нравится. Впрочем, несколько месяцев назад я бы вообще не назвала синий своим любимым цветом, как и черный. Если быть честной, то несколько месяцев назад я очень мало о себе знала в принципе. Например, для меня стало открытием то, что я могу получать удовольствие от прогулки по парку, к созданию которого приложила руку не только природа, но и садовники. Оказалось, я люблю просторные помещения и предпочитаю ванные похожие на бассейны. Мне нравится, когда рядом кто-то есть. Звук чужого дыхания меня успокаивает, и хочется слышать его как можно ближе, вот как сейчас. Эмиль уверял меня, что на этой кровати найти друг друга — задача не из легких, однако в последнее время он прекрасно с ней справляется. Я делаю вид, будто этого не замечаю. Мне приятно ощущать тепло его тела, чувствовать его запах. Постепенно я проникаюсь тихой ненавистью большим кроватям, потому что каждое утро, повинуясь правилам приличия, Эмиль перебирается на свою сторону, оставляя меня мерзнуть.
До приезда в Эль меня часто посещала одна и та же фантазия. Я представляла, как просыпаюсь на широкой постели в спальне, обставленной по традициям Ямеля: минимальный набор предметов интерьера в царстве дерева, окрашенного в белый цвет. Свет не бьет сквозь тонкие светлые шторы, потому что небо за окном хмурится, затянутое низкими светло-серыми облаками… Эта странная картинка, плод моего воображения, всегда дарила ощущения покоя и безмятежности. Представляю все это сейчас, и сердце сжимается от тоски и странной опустошенности. Именно такая жизнь меня ждет на родине: чистая, светло-серая, почти белая, но абсолютно пустая…
— Далия, что случилось? Почему ты плачешь? — хриплым ото сна голосом шепчет Эмиль, разжимает объятья и откатывается в сторону.
Я зябко ежусь, вытираю слезы и беззастенчиво вру:
— Сон плохой приснился.
Шуршание за спиной привлекает внимание. Я оглядываюсь через плечо и вижу, как Эмиль прикрывает глаза ладонью.
— Какая неумелая ложь, — выносит он свой вердикт.
Я отворачиваюсь обратно.
Уж, какая есть! Не имею ни малейшего желания выплескивать внезапно накатившее раздражение на эльфа и ограничиваюсь нейтральным замечанием:
— Мне холодно.
— Где твое одеяло? — следует закономерный вопрос. Впрочем, ответ на него нам обоим известен, но все же я его озвучиваю:
— На полу.
Далее в полумраке спальни раздается шумный выдох, а за ним предложение:
— Поднять?
Я молчу.
Эмиль выдыхает снова и подбирается ко мне. Я приподнимаю голову, и он вытягивает правую руку, теперь я могу использовать ее в качестве подушки. Эльф свободной рукой обхватывает меня поперек груди и подтягивает ближе к себе.
— Спи, — раздается над макушкой.
Я послушно закрываю глаза.
— Давай все же сходим этот вечер, — я произношу это неожиданно даже для самой себя.
— Как пожелаешь. А сейчас — спать.
— Привет! — произносит Вела, не поднимая головы и продолжая что-то быстро писать в тетради. — Садись рядом, я уже заканчиваю.
Беглый осмотр кровати, точнее заваливших ее книг и бумаг, показывает, что "рядом" сесть не получится. Примостившись на самом краешке возле спинки, наблюдаю за подругой.
Проходит от силы минута: Вела ставит заключительную точку и разминает затекшие от продолжительного письма пальцы. Она не утруждает себя проверкой написанного, небрежно захлопывает тетрадку и отбрасывает в сторону.
— Привет, — повторяется девушка и добавляет, — отлично выглядишь!
