И вот он наступил, мой самый первый в жизни съёмочный день! Я снимаюсь в кино! Шла работа над эпизодом праздника по случаю присуждения звания Герой Социалистического Труда моей маме по фильму. Первое моё появление: выбегаю на крыльцо дома, чтобы спросить у матери, накрывавшей праздничный стол, какой галстук мне лучше надеть.
В тот день у Тамары Григорьевны Лобовой поднялась температура, место оператора занял её муж. Не мудрствуя лукаво, Анатолий Дмитриевич поставил два ДИГа[42] на правый и на левый глаз и снял сцену. Перешли к съёмкам застолья. Стол ломился от яств, и голодные артисты в течение нескольких часов, пока продолжалась работа, потихонечку отщипывали от стоявших перед ними угощений. Заметив это, Кобозев, наш «усатый таракан», приказал всё облить керосином, чтоб никто к еде не прикасался. Скоро стало ясно, что актёры не питают особого уважения к режиссёру – отсюда и прозвище это тараканье. Да и случай не замедлил произойти, открывший неприятную атмосферу если не творческой жизни, то жизни тех лет или жизни вообще, где зло постоянно сражается с добром.
Но сначала вспыхнул пожар. Дело было так: на следующий день съёмки праздника повторились, стол вновь накрыли и сразу всё облили керосином. Актёр Бамбеков решил покурить втихаря. Чиркнул спичкой, искра долетела до прокеросиненного натюрморта – и тут мгновенно всё занялось ярким пламенем. Чудом люди успели выскочить из-за стола.
Киногруппа жила довольно дружно. Толбузин с Головнёй в теннис играли. Анатолий Дмитриевич не уступал, хотя был старше на 20 лет. Я в свободное от съёмок время гонял в футбол с осветителями и шофёрами. Подружился с Пуговкиным, познакомился с Фёдоровой. Душой киносъёмочной группы был Павел Михайлович Волков. При первой же встрече я узнал его – он был занят у Герасимова в картине «Учитель». Это, по-моему, лучшая его роль в кино. Софья Зайкова и Анатолий Кубацкий мне были прекрасно знакомы по спектаклям театра им. Маяковского. Мужская часть актёрского табора временами устраивала вечеринки, благо фрукты-овощи и свежая рыба продавались повсюду и стоили недорого. За водкой, как самого молодого, посылали меня – такова традиция киношных экспедиций. Но мне всё было в радость: легко мчался и за водкой, и за календулой для больного горла Зои Алексеевны Фёдоровой.
На съёмки приехали ещё два актёра: Борис Ситко из Москвы и Николай Яковченко из Киева. Киевлянина поселили в отдельной комнате в том же домике, который занимал Толбузин с женой Зоей Земнуховой. В первый же день Яковченко напился, а на второй, мучимый похмельем, зашёл в супружескую комнату и, обнаружив там лосьон «Огуречный», весь таки выпил.
Прибыл проявленный материал, и после последнего сеанса в местном кинотеатре был устроен просмотр. Часть материала оказалась бракованной. Бич кинематографистов тех лет – то соринка, то пылинка, то разложение эмульсии. Ещё что-то было, но теперь уже и не припомню. Если на экране видны пробитые дыры (они как белые пятна), значит, сцены надо переснять. Как выяснилось, эта беда касалась всех кинематографистов, особенно, кто снимал фильмы в цвете.
В начале августа Толбузин устроил банкет в честь своего дня рождения. В местном ресторане собралась вся съёмочная группа, кроме Кобозева, – его не позвали. На щедро накрытом столе, среди бутылок, закусок и соусов, стоял громадный магнитофон. Аркадий Николаевич включил его, сказав гостям, что хотел бы этот вечер записать себе на память, и попросил всех, кто будет произносить тосты, выходить к микрофону. Было очень весело: шутки, анекдоты, поздравления, песни, танцы. И вдруг… наряд милиции. Когда празднование дня рождения уже подходило к концу, в зале ресторана появились милиционеры. Всё вмиг смолкло. Старший наряда поднёс руку к фуражке:
– Я попрошу остановить веселье и разойтись.
– Простите… а чем вызвано ваше появление на моём дне рождения? Или кем вызвано?
– Поступил сигнал. Мы обязаны реагировать.
– Ну и что же такого противозаконного мы допустили?
– Допустили… недопустимые вещи…
– Вы знаете, я облегчу вам вашу работу. Всё, что здесь произносилось, все песни, которые мы с товарищами пели, – всё записано на магнитофон. Я предлагаю отмотать и послушать. Да и присутствие двух лауреатов Государственной премии, трёх заслуженных артистов, я думаю, гарантирует порядок?
Тут Софья Афиногеновна вышла из-за стола и остановилась напротив милиционера:
– Ты фильм «Коммунист» видел?
Милиционер, стоя рядом с Павловой, стал вытягиваться по стойке «смирно», руки по швам прилепил.
– Нам заявление написал этот ваш… с усами…
