– Есть, сэр, – подтвердил Фауо, дублируя приказ Ричарду Боуну и его канонирам. Размещенные на поверхности десяток батарей по пять пушек в каждой были максимально рассредоточены вокруг базы, чтобы в случае подавления это не отобразилось на повреждении самой станции.
Дальнейшие минуты проходили под периодические выстрелы норкролов. Буквально на третьем залпе приближающиеся силы противника догадались направлять весь огонь в одну точку. Из-за расстояния часть снарядов пришлись в соседние секторы, позволяя силовому щиту выдержать с двумя процентами заряда. Но уже четвертый разнес один из блоков станции. Что более обидное для Квирина, залп попал по жилым помещениям и той самой оранжерее, лишая имперцев единственного уголка природы. Огромные снаряды буквально вмяли весь блок в твердую поверхность, прошибая всей своей массой не слишком прочные перегородки. Вырвавшийся в атмосферу спутника воздух попутно унес саму жизнь из растений, практически мгновенно погибших из-за враждебного окружения.
Благо только этим повреждения и ограничились. Тройка зависших над базой эсминцев пока избегала ответного огня, ожидая приближения противника. Остатки Пятой эскадры прямо на глазах добивали последний рейдер норкролов, готовясь уже идти на выручку станции. Уцелевший, пусть и поврежденный дредноут «Гунгнир» и девять разной степени побитых эсминцев все еще представляли собой силу, как минимум сопоставимую с норкролами.
– Группе один полностью удостовериться в уничтожении всех вражеских кораблей, – снова отдал распоряжение Квирин. Зависший вражеский дредноут, лишившие кусков корпуса линкоры, потерявшие управление рейдеры – каждый из них мог потенциально включиться в бой в самый неудобный момент. Тем более, судя по данным, абордажная команда наткнулась на сильное противостояние значительного количества альф, что уже само по себе вызвало нехорошие предчувствия. – Включая дредноут, – отдельно выделил адмирал.
– Сэр, там ведь все наши бойцы, – попытался возразить помощник Квирина, но тут же осекся под взглядом. – Есть, сэр.
Первый десяток неуверенных снарядов врубается в изрядно ослабленный щит застывшего дредноута, но затем следуют все новые. Меньше через минуту корпус уже щеголяет рваными дырами, а пламенеющие заряды все продолжают прожигать себе путь внутрь, не разбирая, где норкролы, а где люди.
Пока остатки Пятой эскадры добивали корабли противника, те в свою очередь второй группой успели подойти практически впритык к базе. Именно в этот момент адмирал приказал открыть огонь. Эсминцы и десяток батарей практически одновременно выпускают залп по рейдерам врага. Концентрированный огонь уничтожает сразу несколько вражеских кораблей, отчего те, потеряв управление, начинают падать на поверхность спутника. Они еще не успевают обрушиться вниз, как тройка эсминцев присоединяется к ним, разорванная ответными залпами норкролов.
Впечатываясь с огромной силой в твердь спутника, космические корабли поднимают небольшое облако серой пыли. Оставляя после себя небольшие кратеры, они разбрасывают обломки по всей округе вместе с частями буквально размазанного от столкновения экипажа. Возможно, где-то мог выжить какой-то невероятный счастливчик, вот только бой над этими общими могилами все продолжался, и прийти на помощь было некому.
Орудийные батареи под командованием Ричарда Боуна вовсю пытались сбить зависшие над базой рейдеры, концетрируя огонь на них. Впрочем, норкролы тоже сосредоточились на подавлении всей защиты, пока их дредноут медленно снижался, явно готовясь выпустить десант. Именно этого момента Квирин и ждал.
– Транспортникам начать приготовления к старту, но пока без засветки, – короткая команда дублируется по цепочке, чтобы затем попасть на затаившиеся корабли. Сигнал подтверждения адмирал игнорирует, продолжая смотреть на приближающиеся силы противника. – Нужно, чтобы они подошли ближе, – еле слышно произнес Квирин.
Зависшая громадина дредноута очередным залпом утюжит батареи защиты, буквально перемалывая имперцев, орудия и поверхность в одно сплошное месиво после прямых попаданий. Оставшаяся треть орудий успевает выпустить ответные снаряды, а затем следует команда адмирала отступить.
– Сэр, – впервые за бой выходит на связь капитан Ричард Боун, руководящий обороной, включая как раз и батареи, – осталось всего три рейдера, мы попробуем их уничтожить…
– Нет, готовиться к отражению десанта, – жестко отрезал Квирин, – выполняй, капитан!
Бывший руководитель абордажной группы несколько секунд молчит, но, несмотря на свою горячность и порой даже самоуверенность, за короткий промежуток времени адмирал успел заработать авторитет в глазах своих офицеров, и в частности у Ричарда. Так что внутренняя борьба желания воевать до конца, пусть и геройски погибнуть, но не отступить, или выполнить приказ заканчивается победой последнего.
