– Странный ты. – Викинг усмехнулся. – В Сестрорецке меня частенько нашей технической отсталостью и откатом к дикости попрекали, а ты всё это только как факт воспринимаешь. Неужели неинтересно, как мы всего былого величия лишились?
– Это я и так знаю. Ты сказал, что началась гражданская война, и этого достаточно. Наверняка на начальном этапе воевали все и против всех. Затем войска выдохлись, а лидеры стали собирать новые силы и уничтожать все вражеские предприятия и лучших мастеров. Пять-шесть лет такой кровавой мясорубки – и не остаётся практически ничего, а что ещё имеется, то обслуживать некому. Правильно?
– Ну, примерно так всё и было. Только ты это как понял?
Усмехнувшись, я ответил:
– Так дела почти на всей планете обстоят, и государств, которые смогли сохранить в порядке техническое наследие прошлого, совсем немного.
– Ясно. Что ты ещё хочешь узнать, капитан Мечников?
– Скажи, ты ведь в Сестрорецкой Республике не только посольские обязанности выполнял?
– С чего ты так решил?
– Больно ты грамотный и шустрый, а такие люди всегда интересуют разведку своего государства, и если они не дураки, то работают на неё.
– Так мы же варвары? – Эрик хитро прищурился.
– Это не отменяет наличия разведки.
Викинг помедлил и согласился:
– Было дело, выполнял пару заданий по поручению одного из королевских сановников.
– Значит, в Сестрорецке у вас имеется агентурная сеть?
– Я никого не сдам! – нервно воскликнул пленник.
– А мне это и не надо.
– Тогда зачем спрашиваешь?
– По прибытии в Сестрорецкую Республику я тебя отпущу. Дальше сам определяйся, куда пойдёшь и чем займёшься. Но перед этим навестишь ваших шпионов и через них передашь письмо вашему королю. Если так получится, моё послание дойдёт до адресата лично в руки?
– Должно дойти, там люди верные.
– Вот и славно.
– А что ты ему написать хочешь?
– Объясню Никласу про то, как видится бой под Мальмё с моей стороны, и предостерегу его от поспешных выводов. Если всё пойдёт так, как я предполагаю, то в будущем, года через два или три, корабли Конфедерации будут частыми гостями в Зундском проливе, и твой король должен навести в тех краях порядок, а иначе его наведём мы. Понятно излагаю?
– Куда уж понятней.
– Отлично. Теперь скажи мне, Эрик Тролль, что ты знаешь о других людских анклавах, которые имеются на территории России?
– Это помимо Питера и окрестностей? – уточнил он.
– Да.
– Мало что известно… – Эрик замялся.
– Говори как есть, невзирая на секретность или ещё что-то. В любом случае по прибытии в Сестрорецк я всё узнаю. И если ты утаишь от меня информацию, я это пойму и могу пересмотреть своё решение относительно твоей свободы.
– Ладно, – через силу кивнул скандинав, – не угрожай, пуганые мы…
– А это не угроза, а констатация факта.
– Что тебя конкретно интересует?
– Москва. В первую очередь меня интересует, имеет ли Прибалтика с ней связь и если да, то как она происходит?
– В точку бьёшь, капитан. – Эрик уважительно посмотрел на меня и хмыкнул. – Насчёт Питера и Гатчины не скажу, мы с моим ярлом в тех краях только проездом были и не задерживались, а Сестрорецк действительно контакты с Москвой поддерживает. Местное начальство это в секрете хранило, но у нас получилось кое-что узнать. Связь Сестрорецка с Москвой осуществляется по радио, и два анклава хотят наладить между собой постоянную торговлю.
– Как, ведь большинство железных дорог к использованию давно непригодны?
– Водный путь. Через Ладожское озеро мимо Волхова и Тихвина. По реке сохранился выход в Рыбинское водохранилище, а там по Волге и до самой Москвы добраться можно. Однако учти, это всё несколько лет назад было, а как сейчас у них дела обстоят, я не знаю.
Вот это уже в самом деле информация была очень важная, и, уточнив пару деталей, я оставил дальнейшие расспросы на завтрашний день и отправился в свою каюту ворошить старые атласы и карты России. Наконец-то появились первые задумки на то, как нашему отряду поскорее добраться в родные края, и это согревало душу даже больше, чем утренняя победа над викингами.
Встречу с братьями по разуму, крови и языку из Сестрорецкой Рабочей Республики я представлял себе в самых радужных красках.
Предполагалось, что когда мы войдём в Финский залив, то на открытых международных радиочастотах сразу же вызовем на связь местные власти. Обозначим себя, они укажут нам курс к уцелевшим пирсам, а возможно, даже вышлют нам навстречу лоцманское судно. Дальше фрегат причаливает к берегу, и нас с радостью встречают. Я веду переговоры с республиканскими начальниками, объясняю нашу ситуацию и делюсь с ними информацией о том, что творится в мире. После всего этого мы договариваемся с ними о сотрудничестве в торговой сфере, и наш отряд делится на две части. Фрегат под командованием Скокова и двадцать десантников возвращаются на ВМБ «Гибралтар» и помогают Семёнову в его трудах. А я вместе с остальными воинами при содействии и поддержке властей Сестрорецкой Республики начинаю поход на ридну Кубань.
