– Этим платком Молл была привязана внутри кухонного шкафа, – сказал он, указывая на платок с пятном крови. – А второй подарен Мэри Айлингтон графом Эссексом. Его собственный платок. Вы видите, что они совершенно одинаковые?
– Конечно. – Лицо Кори, немного испуганное, казалось ему сейчас прекрасным в свете свечи. – А теперь взгляните на это. – Она развернула платок, принесенный с собой, и положила его рядом. – В этом были увязаны вещи Молл, которые Джейн принесла мне вчера. Я думаю, Эссекс подарил один из платков Молл, когда они были любовниками.
– Значит, и этот принадлежит графу. – Мэтью указал на окровавленный платок.
Кори кивнула:
– Я не говорила вам, но ходят слухи, что Эссекс готовит заговор против королевы.
– Я слышал, что сказала Энн.
– Если Молл что-то знала, должно быть, она как-то спровоцировала графа, может быть, грозилась сообщить все королеве. Или он подумал, что она сказала кому-то, кто близок к королеве… – Кори умолкла, пораженная мыслью, что этим кем-то должна быть она сама.
Мэтью схватил ее за руку и почувствовал, что рука просто ледяная.
– И еще кое-что. – Кори говорила с трудом, она была слишком подавлена. – Месье Ла Файе был любовником Молл перед тем, как она умерла. Мне кажется, что она любила его.
Этого Мэтью не знал.
– Как она могла любить такую бочку сала? – брякнул он, не подумав.
– Мэтью, прошу вас! Невеликодушно нам осуждать ее выбор. Если он хорошо к ней относился, а это факт, ей этого было достаточно. Она наверняка доверяла ему. Она могла рассказать ему, что Эссекс, напиваясь, поносил королеву и болтал о своем желании свергнуть ее. И я не думаю, что это были пустые угрозы.
– Я тоже не думаю. – Мэтью сжал ладонями ее руку, стараясь согреть. – А Молл когда-нибудь говорила вам об этом?
– Да, но не прямо. – Кори нахмурилась, припоминая. – Несколько раз она сердилась на него, когда он устраивал королеве сцены в ее будуаре, и шепотом передавала мне, как он отзывался о ней – всякие оскорбительные слова. Но о готовящемся заговоре она не говорила.
– А Эссекс мог подумать, что она рассказала все вам, и поэтому вас чуть не сбила несущаяся карета. Но тут нам нужны более веские доказательства, чем эти три платка. – Мэтью помолчал, сомневаясь, стоит ли делиться с Кори еще кое-какой информацией, и решил, что стоит, ради ее же безопасности. – Есть доказательство того, что арбалетчик, стрелявший в вас, и убийца Молл – один и тот же человек. Когда ее нашли, на ее юбке был отпечаток сапога. Я сравнил его с отпечатками, зарисованными мной на том месте, в лесу. Они полностью совпали.
Кори посмотрела на Мэтью расширенными от страха глазами.
– Тот, кто стрелял в меня, убил и Молл? Так, значит, он на самом деле хотел…
Мэтью медленно кивнул, а она продолжала беспомощно глядеть на него. Значит, где-то рядом живет безумец, который всерьез намерен убить ее. Кори невольно задрожала.
Мэтью с трудом сдерживал охватившие его чувства. Больше всего ему хотелось сейчас обнять ее и никогда больше не отпускать от себя. Он не позволит, чтобы ее доброта, ее готовность помочь любому, кто в этом нуждается, обернулись для нее бедой. Господь свидетель, он не допустит этого! Мэтью порывисто обнял ее и прижал к себе.
– Что же мне делать? – Кори припала к нему, словно он был ее единственной опорой и защитой в этом страшном, враждебном ей мире. – Я даже не знаю, когда он нанесет следующий удар.
Лихорадочное вожделение вперемешку с яростью, направленной против убийцы, на миг затмили ему рассудок.
– Выходите за меня, Корделия. Я отвезу вас в Грейсток-Мэнор, подальше от этого безумия. – Не дожидаясь ответа, он пылко прижался поцелуем к ее губам. Она ответила с не меньшим жаром, окончательно сводя его с ума.
Как же он мечтал об этом! Заслонить ее своим телом, позволить плоти говорить там, где бессильны были слова. Не отрываясь от ее губ, Мэтью развязал завязки ее накидки и снял ее с плеч. Шелк упал на пол к ее ногам, высвобождая цветочный аромат ее тела. Нащупывая крючки корсета, Мэтью начал расстегивать их. Освободившись, Кори вздохнула.
– Мэтью, – прошептала она, в то время как он ласкал губами ее ухо. – Мне, конечно, страшно, но я не уверена, что это должно быть причиной моего согласия. Ведь вы же не хотите быть связанным со мной…
– Я хочу вас, Корделия. – Схватив ее за руку, он приложил ее к своему сердцу, давая почувствовать бешеный стук. Как еще он может убедить ее? – Позвольте мне оберегать вас.
Кори вздохнула и прислонилась к нему, кажется, решив принять его предложение. Мэтью не видел иного выхода. Она была мужественной, и она была бойцом, но ей не выстоять против человека, нанявшего убийцу и готовящего новый удар. Кори вздрогнула и прижалась к нему теснее.
– С вами я чувствую себя в безопасности, но когда я думаю о графе, подстерегающем меня…
– Я не позволю ни ему, ни кому-то другому навредить вам. Верьте мне.
Ее дыхание стало прерывистым, а сердце бешено колотилось в груди.
– Я… верю вам, Мэтью. Томас никогда… то есть он…
– На него нельзя было надеяться. Я готов поспорить на что угодно, что он даже никогда не возбуждал вас.
