Дрожь пробежала по ее телу, и Кори сникла, в отчаянии закрыв лицо руками.
– О нет! – прошептала она. – Только не это!
Мэтью крепче обнял ее, желая поддержать, но ощущение ее теплого женского тела под шелком сразу направило его мысли в другую сторону.
– Вы этого не знали? – тихо спросил он, сдерживаясь из последних сил.
– Нет. – Кори выпрямилась, положив руки ему на плечи и всматриваясь в его лицо. – Но почему она этого хочет? Я всегда считала, что она не любит, когда ее придворные женятся. Я была бы счастлива всю жизнь оставаться одной, чтобы служить ей.
Слова не шли у него с языка. Что он мог ей ответить?
– Кажется, в вашем случае все по-другому. Кажется… – Мэтью запнулся, подыскивая слова.
– Что кажется? – спросила она, видя его нерешительность.
Мэтью посмотрел в ее широко раскрытые, ясные глаза, такие зеленые, напоминающие о весне, о жажде чего-то нового, неизведанного. Но за нее уже все решено. Ее еще раз используют люди, которым наплевать на ее чувства и желания.
– Кажется, ваш свекор заплатил ей, чтобы она…
Кори отпрянула с выражением ужаса на лице.
– Лорд Уитби? Он заплатил королеве, чтобы она выдала меня замуж? Нет! – Она задохнулась от возмущения. – Как он мог? Это ужасно!
– Мне очень жаль, но я подумал, что лучше вас предупредить. – Мэтью сразу же почувствовал себя злодеем, нанесшим смертельный удар невинному существу. Он вывалил на нее все как есть, не сумев смягчить удар.
Нетвердой походкой Кори двинулась к креслу, ничего не видя от слез. Упав в него, она закрыла руками лицо. Ее хрупкие плечи содрогались от рыданий. Внезапно Мэтью вспомнил, когда ему было десять, маленькая Люсина поранила босую ножку о камень и пришла к нему вся в слезах. Прошло столько лет, а он прекрасно помнил, что он сделал тогда. Но вот вопрос: стоит ли делать то же самое сейчас? Прикасаясь к Корделии, он с трудом мог себя контролировать.
Но ее очевидное отчаяние заставило Мэтью решиться. Предательство ее свекра было, по-видимому, сильным ударом для девушки. Лично он готов был убить мерзавца. Встав на колени около ее кресла, он обнял ее. Кори спрятала лицо на его плече и разрыдалась.
– Ну тише, тише, – уговаривал ее он, удивляясь, как далеко успел продвинуться с той ночи на Темзе. У сурового воина, никогда никого не утешавшего, кажется, неплохо получалось. Мэтью не знал, что надо говорить, но понимал, что даже одно только сочувствие другого человека может утешить. Он просто много лет не оказывался в подобной ситуации.
Взяв девушку на руки, он сел в кресло и усадил ее себе на колени. Кроткая, словно младенец, она всхлипывала на его плече, а он укачивал ее, бормоча всякую чепуху.
– Все еще не могу поверить. – Кори вздохнула, трогательно прижала руки к щекам и, как будто извиняясь перед ним, продолжила: – Мне-то казалось, что я могу не бояться замужества, с тех пор как приехала сюда. Наш брак с Томасом был так ужасен, что я не собиралась больше выходить замуж.
– Мне очень жаль. – Мэтью очень хотелось помочь ей, но он не знал как.
– Мне было всего тринадцать, когда Томас попытался затащить меня в постель, – проговорила Кори сквозь новые всхлипывания. – Все знают, что в таком возрасте слишком рано заводить ребенка. Его отец велел ему ждать, пока нам не исполнится семнадцать, но он не захотел. Как только графа не было поблизости, Томас приставал ко мне. Вскоре он попытался взять меня силой. Он вел себя как избалованный ребенок, а не как виконт, и никогда не думал, что лучше для меня. Его интересовали только свои собственные желания.
– Ваша жизнь, наверное, была ужасной.
– Да. Мы жили в одном доме с тех пор, как… – Ее голос сорвался, и Кори умолкла, всеми силами стараясь удержать слезы… – С тех пор, как умерла моя мать. Отец умер спустя год. Я не могла никуда деться от Томаса, поэтому все время придумывала, что сделать, чтобы он оставил меня в покое. Я пинала его в голень, когда он хотел меня поцеловать. Я убегала в лес и залезала на самое высокое дерево, на которое он не мог забраться. Однажды я даже сунула ему сосульку за шиворот, когда он никак не хотел отпускать меня.
– Вас можно поздравить с такой находчивостью. Судя по всему, он был весьма настойчив. – Она ответила на комплимент неуверенной улыбкой, и Мэтью понял, что каким-то образом ему удалось найти правильные слова. Кажется, они даже помогали.
Кори выпрямилась, сидя на его коленях, и взяла предложенный им платок.
– Я держалась твердо, и со временем он отстал. Правда, то, чего он не мог добиться от меня, он получал от других женщин. Ему любая годилась.
Кори высморкалась, а он погладил ее по спине.
– Вы так терпеливы, раз выслушиваете эту чепуху… – Она посмотрела на него. – Я только сейчас сообразила, что даже не знаю вашего имени. Как вас зовут?
– Мэтью. – Он притих, с удивившим его самого нетерпением ожидая впервые услышать свое имя из ее уст.