– Прекратите сейчас же! – зарычал Мэтью, не понимая, как она может так терпеливо отвечать на вопросы провинившегося мальчишки. – Нечего ему объяснять! Вы сами поощряете его совать нос в чужие дела. Так он никогда не научится хорошим манерам и послушанию.
Кори осуждающе нахмурилась:
– Вы действительно старый вредный дракон, Мэтью Кавендиш. Но почему вы вдруг становитесь им?
– Подслушивать нехорошо, а он должен отличать плохое от хорошего, – проворчал Мэтью, еще более раздражаясь из-за ее нежелания поддержать его.
– Дядя Джонатан все время подслушивает, – запальчиво возразил Кэрью, потихоньку отодвигаясь к двери.
– Твой дядя на службе у королевы, он собирает секретные сведения. И заметь, он при этом не лезет в личную жизнь своих родственников или друзей, – заорал Мэтью. – Сейчас же иди в свою комнату!
– Это твоя комната, – сказал Кэрью, упрямо поджимая губы.
– Ну так иди в мою комнату, и немедленно. И учти, тебе запрещается выходить из нее без моего разрешения. Ты уже давно должен быть в постели!
– Сначала я должен почистить башмаки леди Лестер.
– Ну так почисти, а затем – немедленно иди спать. Я буду ждать, и если ты не придешь вовремя, изобью тебя до полусмерти.
– Да перестаньте вы оба! – закричала вдруг Кори, топнув ногой. – Разве вы не можете обсудить все спокойно? Мэтью, вы говорили, что я могу помочь вам с Кэрью, однако, когда я пытаюсь это сделать, вы начинаете сердиться. Вам просто неловко, потому что Кэрью видел, как мы целовались.
Мэтью повернулся к ней, окончательно взбешенный. Она соображает, что говорит? Пытается объяснить ребенку его безумную страсть к ней!
– Молчите, мадам. Я достаточно слушал вас сегодня.
– Не собираюсь молчать. Я имею право говорить.
– Если вы настолько глупы, что собираетесь объяснять ребенку все, что вы делаете, то вы вообще не имеете никаких прав, – прорычал он, окончательно теряя остатки самообладания.
Глаза Кори заволокло слезами.
– Вы просто ужасны. – Резко повернувшись, она выбежала из комнаты.
Только тогда он понял, что Кэрью уже давно нет в гостиной.
Ну и пусть, так даже лучше! Сегодня он смог подавить свою страсть. Так будет лучше для них обоих. И все-таки он растерялся. Первый раз за долгие годы он попытался заняться любовью с порядочной женщиной, и надо же такому случиться, что его сын все видел. Есть от чего сойти с ума!
– Я же говорил, что он чудовище, Кори. Одно неверное слово, и он превращается в огнедышащего дракона с чешуей, которую ничем не пробьешь. Впрочем, я вообще сомневаюсь, что под ней есть сердце, так что нечего и пытаться. – Кэрью нагнулся над башмаком леди Лестер и начал ожесточенно тереть его щеткой. Они с Кори устроились в Рыбном дворике, около выхода из кухни, где был насос с водой. Кори была разочарована поведением Мэтью и никак не могла успокоиться.
– Да, ты меня предупреждал, – вздохнув, ответила она, стараясь при этом скрыть отвращение от резкого запаха, исходящего от башмаков.
– Готов поклясться, достопочтенная графиня нарочно наступила в собачью кучу, – пожаловался Кэрью, подставляя башмак под струю воды. – Она, возможно, очень благовоспитанная леди, но если ее рассердить, то даром это с рук не сойдет.
«Последнее время вообще все идет не так», – мрачно подумала Кори.
– Кэрью, ты обещаешь не грубить отцу? Это его только еще больше сердит.
– А какая разница? Он все равно найдет причину сердиться.
Кори и сама болезненно переживала взрыв гнева Мэтью, но она не могла просто отмахнуться от этого.
– А как ты себя чувствуешь, когда он взрывается? – осторожно спросила она мальчика.
– Прекрасно! На самом деле мне редко удается получить от него хоть какой-то ответ. Обычно он холоден, как ледышка, – беззаботно сказал Кэрью, старательно работая щеткой.
Кори отказывалась принять такое объяснение.
– Так ты хочешь просто добиться от него отклика, все равно какого? Или ты предпочел бы, чтобы он потрепал тебя по волосам и сказал, что любит тебя?
– Чтобы мой отец сказал такое? – Кэрью даже перестал работать, пораженный этой мыслью. – Да он вообще никого не любит!
– Я слышала, что люди, которые много страдали, часто избегают любви, потому что боятся.
– Мой отец ничего не боится. Почему, как ты думаешь, он все время плавает по свету? И вообще, почему ты встаешь на его сторону? Он же и на тебя орал. – Кэрью с решительным видом взялся за другой башмак. – К тому же ты и сама знаешь, что он не обращал на меня внимания, пока я не стал вести себя неподобающим образом.
Кори и сама не знала, почему она пытается защитить Мэтью. Он, конечно, оскорбил ее чувство собственного достоинства, но она беспокоилась о Кэрью, которому, как она прекрасно понимала, очень нужен отец.
– Кэрью, – ласково обратилась она к мальчику, – ты сделаешь кое-что ради меня? В следующий раз, когда он начнет кричать на тебя, скажи ему: «Я не нарочно, папа. Прости меня», а когда он успокоится, скажи: «Папа, я люблю тебя».
Кэрью скривился:
– Но он-то в ответ ни за что не скажет, что любит меня.