Тимур обрадовался. Вот и славно, пусть Алексей знает, что мы с его мамой… пара! К тому же он хорошо говорит по-английски, пусть развлекает Роберта.
– …Дядя Марик!
– Лешка? Привет! Как дела?
– Дядя Марик, знаете, мама вчера пекла блины в вашей блиннице!
– Да? И как?
– Просто здорово! Быстро и никакого чада. Мама очень довольна.
– Лешка, ты мне звонишь только за этим? Колись, что случилось? У тебя какие-то проблемы?
– Да я сам не знаю…
– Ну вот что, парень, приезжай ко мне. Все расскажешь. Чем смогу, помогу!
Из трех «батько́в» Марк Мильман был Алексею ближе всех. У него не было своих детей, и он относился к Лешке, как к сыну. К тому же у них было много общих интересов и пристрастий. Марк, например, заразил Лешку своей любовью к джазу…
– Ну, что стряслось, парень? – встретил Марк Исаевич Алексея.
– Ох, дядя Марик, вроде ничего…
– Да ладно, я же вижу, ты в смятении, как писали в романах. Ну, ты есть хочешь?
– Нет. И выпить тоже не хочу, я за рулем. А кофе можно?
– Запросто. Сейчас сварю. Садись и рассказывай!
– Дядя Марик, помните, у мамы на новоселье был дружок дяди Вени, Тимур?
– Тимур? Тимур… Ах да, такой жгучий красавец, который рано уехал, да?
– Да! А я еще раньше познакомился с ним в самолете…
– И что? У него закрутился роман с твоей мамой?
– Откуда вы знаете? От дяди Вени?
– Да нет, конечно. Просто догадался.
– Вы уже тогда что-то заметили?
– Ничего я тогда не заметил. Но ты вдруг примчался ко мне весь перебудораженный, и сразу спросил про него. Обычная логика. Я прав?
– Ну да… Там все видно невооруженным глазом. И этот Тимур еще приволок к маме своего друга, голливудского актера…
– Шермана, что ли? Я слышал от Веньки, что он в Москве и вроде будет у него сниматься.
– Да. Он здорово обаятельный, сказал, что я хорошо говорю по-английски, мы с ним о многом болтали, и вдруг я заметил, как мама и этот Тимур смотрят друг на дружку…
– Ну и что? Они, наверное, очень красивая пара… А ты что, ревнуешь мать?
– Я не ревную, нет, просто… Он же чужой совсем… А вдруг мама с ним уедет?
– Мама? Уедет? Куда? В Америку? Да никогда в жизни! А вообще-то, парень, нехорошо… Может, Сандра, наконец, выйдет замуж и будет счастлива. Ты вырос, сам можешь в любой момент жениться… Помнится, ты мне как-то сказал, что вы с матерью условились не лезть в личную жизнь друг друга. Разве не так?
– Так я же не лезу! – закричал Лешка. – Я вот к вам приехал…
– Пожаловаться на мамку? – улыбнулся Марк Исаевич и погладил Лешку по голове.
– Дядя Марик, как вы можете! Я просто хотел… Может, вы поговорите с мамой?
– На какую тему, дружок?
– Ну… какие у нее планы…
– Погоди, а Артему что, дали отставку?
– Откуда я знаю? Но думаю, да.
– Ну и хорошо. Он совершенно не подходил Сандре.
– Почему? Он хороший мужик.
– Хороший, не спорю. Но как бы тебе это сказать… Он художественно с ней не монтировался.
– Ни фига себе загнули. А этот черномазый монтируется?
– О, а ты его что, уже возненавидел, этого Тимура?
– Да нет… С какой стати…
– Врешь, дружок! Это элементарная сыновняя ревность. Пойми, чудак, это попросту негуманно. Ты же любишь мать…
– В том-то и дело. Я за нее боюсь. Он какой-то мутный тип… Бывший игрок…
– Хорошо, чего ты от меня-то ждешь?
– Дядя Марик, пожалуйста, поговорите с мамой!
– О чем, чудак-человек?
– Ну… вы же мудрый… вы сможете…
– Что смогу? Отговорить ее? Я не стану этого делать. Она уже совсем взрослая девочка, твоя мама.
– Нет, отговаривать не надо… Ну я не знаю… может, вам она скажет что-то такое, что… успокоит меня… Мне за нее страшно!
– Ах ты господи, я думал, ты взрослый серьезный мужчина уже, а ты совсем еще сопляк, – рассердился вдруг Марк Исаевич, но тут же ему стало жалко напуганного и растерянного парнишку.
– Ладно, будь по-твоему, поговорю.
– Только маме не говорите, что я…
– Моряки, даже бывшие, своих не сдают! Я созвонюсь с Сандрой и приглашу куда-нибудь. А там уж что-то придумается.
– Спасибо! Спасибо вам огромное, дядя Марик! Вы настоящий друг!
– Господи, детский сад, малышовая группа!
Роберт был в полном восторге от визита к Сандре. Ему все безумно понравилось. И дом, и хозяйка, и ее сын, и, конечно же, блины! А Тимур был доволен тем, что ему удалось на какое-то время отвлечь Сандру от печальных мыслей.
В средствах массовой информации комментировали внезапную смерть Сутырина, но нигде ни словом не упоминался тот факт, что накануне смерти он приезжал к Сандре. Видимо, его водитель промолчал. И слава богу! От Нины тоже не было ни слуху ни духу.
– Тимур, как ты считаешь, мне надо пойти на похороны? – спросила Сандра.
– Зачем? Кто ты ему? Ты написала его портрет. И тебе совершенно незачем появляться в этом кругу. Да еще сталкиваться с его замечательной вдовой. Короче, не вздумай!
– Да, ты прав.
Сандре вдруг ужасно понравилось, что Тимур принимает за нее какие-то решения. Как ловко он тогда переключил меня на домашние хлопоты, мы так чудесно посидели, и Лешка приехал… И блины в блиннице удались на диво! Надо позвонить Марику. И тоже позвать его на блины.
– Алло! Марик, привет!
– Привет, Сандрочка!
