Дама-призрак. Дело об изящном силуэте. Сборник полностью

- У меня забронирован билет на сегодня. Первый ряд у прохода, на имя Мими Гордон.

Ей пришлось ждать несколько дней - не для того, чтобы увидеть ревю, а для того, чтобы увидели ее.

- Вы уверены, что место с той стороны, где сидит ударник, как вы сказали по телефону?

- Все точно, я проверил. Это именно то место, которое вы просили. Я даже завидую, что он вам так понравился.

- Вы не понимаете. Дело не в нем лично. Я бы его даже не узнала. Это трудно объяснить… У каждого свое хобби. Я обожаю ударные инструменты и всегда стараюсь сесть туда, откуда видно, как играют на ударных. Это производит на меня Огромное впечатление. Знаю, вам кажется, что я ненормальная. - Она развела руками.

- Я не хотел вмешиваться в ваши личные дела, - извинился кассир.

Девушка вошла в зал. Билетер только что занял свое место. Из дверей гардероба появился капельдинер. Она пришла рано, в партере не было никого, кроме нее.

Она сидела одна - маленькая фигурка с золотистой головой, затерявшаяся в море пустых кресел. Ее дешевый наряд был частично скрыт наброшенной на плечи накидкой. У нее за спиной все чаще хлопали кресла и слышался шум - театр постепенно заполнялся зрителями. Девушка не сводила глаз с закрытой двери под сценой. Она была прямо перед нею. В щель было видно мелькание теней, слышались голоса. Музыканты готовились к выступлению.

Наконец дверь открылась, и музыканты направились в оркестровую яму. Чтобы пройти через низкую дверь, приходилось наклонять голову. Она никогда не видела человека, которого ждала, и могла его узнать, только когда он займет свое место. Музыканты рассаживались один за другим, были видны только их головы.

Она делала вид, что внимательно изучает программу, лежащую на коленях, но из-под опущенных ресниц бросала взгляды на оркестр. Может быть, этот, что входит сейчас? Нет, он сел на другое место. А следующий? Выглядит настоящим мошенником. Она с облегчением вздохнула, когда он занял место в стороне от нее. Наверное, кларнетист. Значит, этот… Но нет, он свернул в другую сторону. Виолончель.

Больше никто не появлялся. Она начала беспокоиться. Последний из вошедших даже закрыл за собой дверь. Музыканты, рассевшись, начали настройку инструментов. Даже дирижер стоял на своем месте. Стул прямо перед ней, на котором должен был сидеть ударник, был пуст.

Что, если его уволили? Нет, не может быть, им пришлось бы найти замену. Может быть, он заболел? Если он будет болеть несколько недель, она не сможет ждать, время уходит, как вода, осталось всего несколько дней.

Она слышала шепот в оркестровой яме, в котором звучало презрение. Говорили о нем. Она сидела так близко, что слышала почти все сказанное под аккомпанемент настраиваемых инструментов.

- Где это видано? За весь сезон он только раз пришел вовремя. Даже штрафы не помогают.

Саксофонист предположил:

- Может быть, он подцепил какую-нибудь блондинку и забыл, что сегодня спектакль?

Музыкант, сидящий за ним, возразил:

- Но хороших ударников мало.

Она смотрела в программу, но буквы расплывались у нее перед глазами. Ее мучили опасения. По иронии судьбы единственный, кто ей мог помочь, не явился. Она подумала: «Точно так же не повезло в тот вечер Скотту».

Перед увертюрой установилась тишина. Все музыканты уселись, над пюпитрами зажглись лампочки.

Когда она совсем потеряла надежду, дверь открылась и какая-то фигура ловко пробралась между рядами музыкантов к пустому месту перед ней. Опоздавший шел, пригнув голову, чтобы по возможности избежать внимания дирижера. Ей с первого взгляда показалось, что он напоминает грызуна, и это впечатление уже не оставляло ее.

Дирижер уничтожающе посмотрел на него. Но на ударника это не произвело впечатления. Девушка слышала, как он, еле переводя дыхание, говорит соседу:

- Послушай, я такую девочку подцепил! Завтра свидание.

- Знаю я твои свидания, не придет она. - Ответ прозвучал иронически.

Он еще не обратил внимания на девушку, занятый установкой пюпитра и подготовкой инструментов. Она слегка приподняла юбку.

Он закончил приготовления.

- Ну, что сегодня в зале? - спросил он и впервые после прихода оглянулся, чтобы посмотреть за перила, отделяющие оркестр от зрительного зала.

Она была в полной готовности и смотрела на него во все глаза. Он ее заметил. Она услышала, как сосед ударника тихо сказал:

- Я тоже обратил на нее внимание.

Она чувствовала, как он на нее смотрит, чувствовала на себе его взгляды, но пока выжидала - не следует торопиться. Ей пришло в голову: «Удивительно, что у меня это получилось, хотя я делаю это впервые…» Она сосредоточенно читала программу, словно искала в ней скрытый смысл: «Викторина …….. ………… Диксон Лео».

Она сосчитала точки в ряду. Их было двадцать девять между именем действующего лица и актрисы. Ну, теперь можно. Он уже зацепился за крючок. Она медленно подняла ресницы.

Ее глаза встретились с его взглядом. Она не отвела глаз. Он ждал, но она продолжала смотреть ему в глаза, как бы говоря: «Я тебе нравлюсь? Можешь сделать первый шаг. Я не против».