Мы предпочли сомнительную компанию супруги Фомичева. Ждать пришлось меньше, уже через двадцать три минуты женщина улыбнулась, проверила почту на своем чипе и сказала:
– Поднимитесь, пожалуйста, в кабинет.
За столом сидел человек, в котором Фомичева можно было узнать с трудом. Упругий здоровяк исчез; на его месте был мужчина с провалившимися щеками, с черными кругами под глазами, с землистой старой кожей, всклокоченный, с больной испариной на висках. У него тряслись руки.
– А вы как думали? – прошептал он сипло. – Эта работа требует сил. Много сил. Вот, глядите, что у меня получилось.
Он вывел на стену звездную карту. Ядро. Взял указку.
– Хилира, – показал он на одно из пятнышек. – В качестве ориентира. Глядите, вот точки, где ваш пропавший еще был жив. – Он показал на три звезды. – На последней след самый четкий. А вот здесь, – он показал на кусок пустого пространства, – след обрывается. Исчезает. Я… Я не понял, это смерть или нечто иное. Обычно смерть дает другой фон. А здесь – как будто выключили. Обрезали, отрубили веревочку. Но места этого отреза тоже нет. Не знаю, как вам объяснить. Нечто не оборвалось, оно просто стало невидимым и неощутимым.
Я молча фиксировала на чип картину. Потом разберемся. Фомичев тяжело дышал.
– И пожалуйста, будьте осторожны с этой штукой. – Он осторожно, ногтем, подтолкнул к нам талисман. – Я не видел ничего. Никак. Стал экспериментировать с вашими предметами. Когда я в одну руку взял золотую девушку, а в другую – талисман, то увидел след. Но у меня ощущение, что я сам остался на том следе. Лучше не трогайте эти штуки. Они не из нашего мира и не для наших рук.
Я испытывала смешанные чувства. Этот человек прикоснулся к неведомому, но остался собой. А Август словно не удивился.
Всю дорогу домой мы молчали.
А дома нас ждала гостья: с Сонно прилетела баба Лиза, которой приснился дурной сон.
– А ну-ка, покажи, что там брат Коля наглядел, – весело потребовала баба Лиза. – Я ж там ходила, места-то знаю. Зуб даю, это «загадочное исчезновение» на самом деле Хилирское поле. Просто оно прикрыло след.
Я вывела снимок, сделанный у Фомичева, на стену. На карте горели золотым три точки, а четвертую я обозначила красным.
– Вот здесь, на красной, Крис исчез.
У бабы Лизы вытянулось лицо.
– Ну брат Коля… ну дает… Мне, конечно, смешно стало, что он до Хилиры доглядел. Думала, сочиняет. Ну, ты понимаешь, в каком смысле: ему фантазия картинку подсунула, от усердия-то, а он ее за истину принял. Ан нет. Дай бог Николаю долгих лет и здоровья, ему понадобится… Знаешь, что это? Это проход за Хилиру. Тот самый, в котором расплющило мою экспедицию.
– Но вы же говорили, что не нашли его? Что его не существует?
Старушка крякнула с легкой досадой:
– Ну да, говорила. Только мы его нашли. Там-то нас и раздавило. Теперь всем говорю, что нет там ничего. Неохота грех на душу брать. Сама понимаешь: еще ведь кто-нибудь сунется. И не вернется. Значит, братик твой пошел за Хилиру… А Коля, надо же, доглядел. Поверить не могу.
– Он с талисманом работал, – подсказала я и протянула бабе Лизе черную каменную щепку в серебре.
Она машинально взяла, глаза ее раскрылись широко-широко.
– Ни черта ж себе вещичка… Делла, где взяла?
– По наследству досталась.
– Ой-ой… Нет, врать не стану, я бы и с этим ничего не увидела, для меня космос – закрытая зона. Вот в камне чего насмотреть – это ко мне… В людях еще разбираюсь. Но вот с этой штуковиной я бы Эверест просто насквозь видела.
– Так проход существует или нет? – не выдержал Август. – Если там всех давит, то это не проход, а тупик.
– Теоретически существует. На практике… на практике оттуда никто не возвращался.
– Надежды нет совсем? – в лоб спросил Август.
Баба Лиза замялась:
– Да как сказать… Если по-человечески, то нет. Не надейтесь. Но если совсем уж честно, вот совсем… Есть шанс. И не один. Зависит от того, на чем он пошел. Если современный корабль, тем паче военный, – ну, там он и остался. Может, его удастся отыскать. То, что осталось. Груду металла, летающую могилу, нашпигованную вот такими вот щепочками. – Баба Лиза глазами показала на талисман Билли. – Если надо похоронить людей, то вытащить мертвый корабль не так уж сложно. Пару «Дельфинов» – и я бы взялась. Чем навороченней корабль, тем быстрей его плющит. Военный забило бы в самом начале. Мы, – она сглотнула, – почти до конца дошли. Я уже выход видела. Видеть-то видела, а прямо перед носом нашего головного закрутило. Ну, я все поняла. Сумела развернуться и выйти. И то нам досталось. Изрешетило нас знатно. Вернулись вдвоем – я и наш стюард Хенрик. Хенрик – вот он и есть настоящий провидец. Только с ума сошел. Не так чтоб вовсе ничего не соображал. Просто у него приоритеты сместились. Он в обществе больше жить не может. А так – почти нормален. Слова во фразы связывает, логика присутствует, читать-писать не разучился. Сам себя обслужить может. Работать не способен, нет. И все мечтает. Да… А вот если ваш парень пошел на каком-нибудь старом корыте, мог и проскочить. Другое дело, что там, за проходом, отнюдь не рай. Вообще неизвестно, что там.
