– Два «Дельфина» у тебя есть. – Август посмотрел на меня. – Те, которые Макс тогда купил у Ахири.
– Вот я об этом и думаю…
– Так я потому и сказала, что тоже про те корабли помню, – обронила баба Лиза.
– Вы можете разыскать этого Хенрика? – спросил Август. – Мне кажется, он нам понадобится. Уточнит хотя бы место трагедии.
– Нет Хенрика. Уехал куда-то. Сын у него больной. Совсем. Родился нормальным, а в пять лет внезапно мозги выключились. Жена Хенрика бросила их обоих. Ну ладно, когда только муж инвалид. А когда еще и сын такой… А может, Хенрик сам ее прогнал. Взял сына и куда-то уехал. Знакомым сказал: пока не найдет способ вылечить парня, не вернется.
– Делла, – позвал Август, – ну как, рискнем?
Я и секунды не думала.
– Рискнем. И вот еще… На что похожи катастрофы в проходе? А то у меня есть описание чего-то подобного. И, кстати, щепочку эту, – я тронула талисман, – из катастрофы и привезли. Только она за Юпитером случилась.
– Уж не в дальней ли разведке ее хозяин служил? – прищурилась баба Лиза.
– Мой предок, – обронил Август. – Капитан Мбабете. А ее предок – майор Кузнецов. Если знаете, что такое дальняя разведка…
– То слыхала и про Сару Сэйер, – огорошила меня баба Лиза. – Экие вы, однако… А знаете, что те катастрофы у выживших в генах закрепляются? И по наследству передаются?
– Нам это поможет или повредит? – Августу не изменила его практичность.
– Да кто ж наверняка-то скажет? – Баба Лиза рассмеялась. – Это ж как предрасположенность к раку. Кто-то заболевает, а кто-то всю жизнь хвастается ускоренной регенерацией. Делла, а если записи есть, ты мне почитать дай. Глядишь, что полезное найду.
– Хорошо. – Август поднялся. – Я спать пошел. Устал за эти дни – слов нет, чтобы описать. Мисс Корни, как доверенный представитель княгини Сонно, назначаю вас старшим навигатором и заместителем руководителя экспедиции. Делла, ты тоже иди спать.
– У меня еще есть дела.
– Отложи. Нам скоро понадобятся все силы.
Остаток дня мы с бабой Лизой провели на кухне, болтая обо всем на свете. И честное слово, такой отдых для меня был даже лучше, чем сон.
Утренняя разминка оказалась короткой: пришел Тед и сказал, что нас ждут в доме.
Нас ждал сюрприз. Он сидел в кухне и пил кофе из самой большой кружки, какая только отыскалась. Честно говоря, обычно я использовала ее в качестве вазы для цветов.
Сюрприз звался Алистером Торном и приходился Августу дядей по матери, но на практике они считали друг дружку братьями. Благо Алистер был на два года моложе Августа. Он и вырос в семье Августа – так вышло. Все считали, что с этим Алистеру здорово подфартило, поскольку его родной отец, Скотт Маккинби Старший, а по совместительству дед Августа, слыл человеком излишне жестким, если попросту – черствым и бесчувственным. Мать Алистера, Памела Торн, была женщиной слабовольной и болезненной. В общем, не исключено, что ему действительно повезло.
Характером он получился не в отца и не в мать, а в Августа. Такой же упрямый, гордый и готовый пожертвовать комфортом ради свободы. Когда Август решил сменить престижное гуманитарное образование на настоящую профессию, дед пригрозил отлучением от дома. Август сказал: отлично, я без вас проживу. И устроился официантом в «Завтрак на траве». У родных деньги не брал, сам себя обеспечивал и платил за учебу. Дед сдался.
А потом и Алистер взял пример со старшего братца-племянника. Он учился в тех же Четырех Университетах, на социологическом факультете – эти ребята обоснованно звали себя «социопатами». С Августом отношения поддерживал и, конечно, знал его коллег по работе. Особенно Алистеру нравилась одна девушка – высокая, тонкая, умная, мечтавшая заработать на колледж. Ей было семнадцать, ему – девятнадцать. Через год они обвенчались. Скотт Старший, узнав, что сын женился на официантке, вышел из себя. Алистер в ответ демонстративно отказался от родовой фамилии, став из Маккинби Торном.
Еще на первом курсе им заинтересовалась контрразведка, и через пару лет будущее Алистера определилось. Он решил связать жизнь с этой неоднозначной, но безусловно интересной структурой. Сделал карьеру, прослыл умным, хитрым и кристально честным человеком. В поддержке семьи нисколько не нуждался.
Со временем Скотт Старший опомнился, стал искать примирения с сыном. Тем более у Алистера и Кейт уже родилось двое детей. Скотту хотелось хотя бы посмотреть на внуков. Ну и родня, винившая в уходе Алистера из семьи исключительно деда, дожимала его со всех сторон.
Год назад они помирились, причем решающую роль сыграла Кейт. Скотт Старший принял ее в семью и, насколько мне известно, не попрекал происхождением ни прямо, ни косвенно. Алистер поддался на уговоры и вернул себе родовую фамилию, став Алистером Торном Маккинби.
По условиям своего контракта Алистер жил и работал на Твари, в той половине Галактики, фактически на Фронтире. На Землю он прилетал раз в году, в отпуск, и последний был у него в октябре прошлого года. Мы не ждали его снова в наших краях так рано. И, когда он явился без предупреждения, удивились безмерно.
