Ну как так-то?! Я здесь уже почти неделю, а на личном фронте до сих пор без перемен! Нормальные попаданцы за это время умудряются гарем себе завести, а у меня все не как у людей! И это несмотря на цветник под боком. Целомудренная МакГонагалл, распутная Хуч, нахальная Вектор, умудренная опытом Спраут… Трелони вспоминать не будем — побережем легкоранимую психику, Помфри тоже отпадает — к геронтофилии я не склонен. В общем, вариантов масса, но мне почему-то до сих пор приходится спать в гордом одиночестве… Фоукс не в счет — у нас с фениксом чисто платонические отношения!
Вновь напялив на себя порядком измятый костюм, я достал волшебную палочку. Пара взмахов — и разбросанные по полу шмотки Минервы сами собой складываются в аккуратную стопку, после чего укладываются на тумбочку. Был бы я истинным джентльменом, наверняка вызвал бы домовика и попросил бы его переправить сладко посапывающую гостью в собственную постельку. Но чего нет, того нет. Маленький подлый свин внутри меня заявил — раз не удалось получить физическое удовлетворение, будем довольствоваться моральным! И я был с ним согласен. Уверен, реакция протрезвевшей МакГонагалл, обнаружившей себя поутру в директорской кровати, компенсирует мои обманутые надежды!
'Ты уже все?' — с удивлением поинтересовался пернатый, когда я зашел в кабинет за реквизитом для предстоящего ритуала.
— Обижаешь, Фоукс, я даже не начинал! — недовольно отозвался я, перекладывая купленный ликер из рюкзака в ящик стола.
'Самка тебя прогнала?'
— Хуже! — я сокрушенно вздохнул. — Эта курица отрубилась, едва коснулась подушки!
Смерив меня недоуменным взглядом, феникс сообразил, что я не шучу, и громко закудахтал. Вот же, гад! Вместо того, чтобы проявить хоть капельку сочувствия, он наглым образом потешается над моим горем! Ладно, у меня найдется, чем ответить!
— Ах так, значит? Ржем над неудачами друга? Тогда на ритуал в подземелье я тебя с собой не возьму!
Но угроза пропала втуне — Фоукс продолжил хихикать, потряхивая хохолком. Череда мыслеобразов, пришедших ко мне от птицы, сообщила, что феникс не сильно расстроен лишением возможности присутствия на очередном скучном и малопонятном магическом действе, но очень желает узнать, каким образом я умудрился допустить, чтобы готовая к плотским утехам самка предпочла моему обществу крепкий здоровый сон. Плюнув с досады, я сунул в карман чертеж, закинул за спину рюкзак, буркнул: 'Буду поздно!' и отправился на подвиги.
Тело было переполнено нерастраченной энергией, а в душе клубилась злость — самый подходящий настрой для уничтожения крестражей. Бодрым шагом добравшись до Выручай-комнаты, я традиционно избавился от нарисованных соглядатаев. Хотя, мог бы и не расходовать силу — в столь поздний час обитатели картин изволили дрыхнуть без задних ног. Оказавшись на складе забытых вещей, я отыскал сундук с 'якорями' Реддла и, не открывая, переправил в рюкзак, особо не заморачиваясь над вопросом, каким образом он смог туда протиснуться. Магия рулит! Следом за сундуком отправились магическая лампа и старая метла с треснувшей рукоятью, найденные в груде артефактов.
Покинув Выручай-комнату, я направился на второй этаж к месту обитания призрака Миртл. Остановившись у двери женского туалета, нарисовал на ней несколько рун, которые должны были заставить бесплотный кусок протоплазмы, благодаря капризу природы получивший форму и мерзкий характер убитой Томом школьницы, спешно покинуть свое пристанище. Выждав минуту, я осторожно заглянул в просторное помещение с рядами кабинок. Не услышав характерных всхлипываний Плаксы или шума плещущейся воды, довольно ухмыльнулся — теперь можно не опасаться, что о моем походе станет известно любопытным привидениям. Подсвечивая себе 'люмосом', я быстро нашел нужный кран со змейкой, уставился на нее и решительно приказал:
— Откройся!
Навыки Альбуса сработали на 'отлично' — вместо английского слова из моего рта вырвалось шипение рассерженной гадюки. Пару секунд ничего не происходило, а затем стена с умывальниками, издав громкий скрежет, разъехалась, открывая секретный проход, из которого отчетливо повеяло ароматами болотной тины и нечистот. Канон не соврал — система защитных чар была настроена на ментальный импульс любого мага, владеющего парселтангом. Именно поэтому в Тайную Комнату мог захаживать как сам Реддл, так и одержимая им Джинни… Вернее, не самим Реддлом, а его бледной копией из дневника.
Подражать глупым школьникам, прыгая наобум в недра канализации, я не стал. Достал из рюкзака метлу и наполнил артефакт силой. Несмотря на жалкий внешний вид, чары все еще работали — умели же раньше делать! Древний летательный аппарат спокойно выдерживал мой вес, хотя оказался жутко неудобным — ни сидушки, ни простенькой поперечной перекладины для задницы в конструкции предусмотрено не было. Видимо, данное средство передвижения изготовили в начале девятнадцатого века, когда в традициях артефакторики голый функционал превалировал над комфортом.
