Внешне Гораций Слизнорт был похожим на свой киношный образ. Невысокий (хотя каланче-Дамблдору большинство магов уступали в росте где-то на полголовы, и данное впечатление могло быть обманчивым), седовласый, облаченный в клетчатый костюм с бабочкой джентльмен лет шестидесяти, обладающий кустистыми бровями на улыбчивом лице и хитрющими глазами. Едва войдя в кабинет, он принялся щедро осыпать меня комплиментами. Падкой на лесть женщиной я не являлся, но все равно мне было приятно, что хоть кто-то заметил, как сильно я похудел за эти дни.
Обсуждение рабочих моментов не затянулось. Какой смысл в разборе особенностей школьной 'кухни' с человеком, который проработал в Хогвартсе более полувека? Сумма оклада Горация устроила, помещение для его клуба слизняков я пообещал выделить. Правда, не безвозмездно. За это раз в две-три недели Слизнорт станет организовывать для всех желающих встречи с разными волшебниками и прочими разумными существами, которые расскажут детям о различных профессиях магического мира и поделятся интересными случаями из своей жизни. На этих собраниях не будет танцев, музыки, закусок и алкоголя, зато туда сможет попасть любой школьник, а не только 'элита'.
Обговорив с бывшим деканом Слизерина насущные вопросы, мы немного почесали языками на животрепещущую тему: 'Распустилась молодежь! Вот в наше время…'. Разумеется, тон беседы задавал Гораций, я лишь поддакивал, гадая, каким образом канонному Дамблдору удалось вовлечь Слизнорта в свой грандиозный спектакль. Возможно, директор сыграл на страхе зельевара перед Пожирателями, и когда пришло время, трусоватый старик охотно обеспечил Поттера недостающими частями головоломки… Или про количество крестражей Избранному сообщил Альбус? Не помню, хоть убейте!
Каюсь, эту унылую часть я читал по диагонали, а экранизация лишь повысила уровень творившегося в ней бреда. Чего стоит одно эпическое разрушение Уизлятника отрядом черных магов, при коем никто (кроме, собственно, дома-развалюхи) не пострадал, и последующие бессмысленные игры в кошки-мышки среди камышей? А прочие несуразности сюжета лишь добавляли комичности в эту непролазную муть, написанную Роулинг в целях состригания бабла с преданных фанатов серии, поэтому не удивительно, что детали 'Принца-Полукровки' успешно выветрились из моей памяти.
Распрощавшись со старичком, я мысленно нарисовал еще одну птичку в списке выполненных дел. За окном уже начало темнеть, однако последний кандидат — Марк Лэндшир что-то не торопился на встречу ко мне. Ожидание скрасило неспешное составление чернового варианта списка необходимой литературы для учеников и ужин, доставленный расторопным Ниппи. Перекусив, я приступил к традиционной разминке, стараясь особо не перетруждаться, поскольку рисовать пентаграмму трясущимися от усталости руками — то еще занятие. А спустя час после назначенного помощнику Спраут времени в моем сознании прозвенел колокольчик — явился таки, опоздун!
Почтительно поприветствовав меня и выслушав замечание насчет своей непунктуальности, порядком запыхавшийся Марк принялся оправдываться. Оказывается, парень явился много раньше положенного срока. Потоптался возле закрытых ворот и направился к Хагриду, который как раз занимался высаживанием treskun crispus рядом со своей хижиной. Лесник был слабо знаком с правильной технологией укладки дерна, и герболог, возмущенный проявляемым неуважением к рассаде, сперва объяснил полувеликану, как нужно правильно работать лопатой, а потом включился в процесс, напрочь позабыв о цели своего визита. И лишь закончив с грядками, сообразил, что безнадежно опоздал.
Мучить Лэндшира я не стал, ощущая искреннее сожаление парня. Заставил подписать контракт и отправил к Спраут, заявив, что отныне и впредь именно она будет определять спектр обязанностей нового педагога Хогвартса. Просиявший Лэндшир тут же испарился, а я довольно потянулся, спрятал документы в архив и хотел было двинуться за крестражами, но снова услышал сигнал, оповещающий об очередном визитере, и разочарованно протянул:
— Кого там еще черти принесли?
Минуту спустя дверь кабинета распахнулась, впуская Минерву МакГонагалл. Оглядев ее, раскрасневшуюся, с распущенными волосами и мутными глазами, я поинтересовался:
— Ну, как все прошло?
— Х-хорошо, — заплетающимся языком ответила профессор и, пошатываясь, подошла ко мне. — Мы с П-помоной все обсудили. Она на меня больше не злится… Т-ты был прав! Я вела себя, как полная дура… П-просто вчера день с самого утра не задался. А тут я увидела на столе у Спраут коробку конфет, похожую на те, что ты подарил мне, и т-так разозлилась… Наговорила лишнего, обидела подругу…
