Дамблдор — великолепный интриган, это даже я признаю. Однако есть у него один существенный недостаток — любит старик окружать себя послушными исполнителями, тогда как организационные моменты старается не доверять никому. Возможно, опасается конкуренции или просто не любит делиться властью — это не столь важно. Главное — без Альбуса эта кучка фанатичных магглолюбцев уже не будет представлять угрозы. А остальные, я уверен, достаточно разумны, чтобы понять опасность затеянных Дамблдором реформ.
— И я надеюсь, что все вы поддержите мое стремление сделать наш мир лучше, светлее и безопаснее! — продолжал распинаться кандидат в покойники. — Ведь от наших с вами решительных действий напрямую зависит благополучие наших детей, которые должны спокойно и счастливо жить в обществе, воспевающем идеалы добра и справедливости. Именно мы должны…
Я едва удержался, чтобы не сплюнуть с досады. Нет, это уже переходит всякие рамки! Да, задержался ты на этом свете, Альбус. Но будь уверен, я это исправлю! Ведь кому, как не мне, заниматься решением этой проблемы? За прошедшие десять лет я сумел добиться немалых успехов и частично реабилитировал себя в глазах окружающих. Подумать только — из бесправного узника Азкабана превратился в уважаемого главу Совета Попечителей Хогвартса, занял положенное место в Визенгамоте и попутно вернул с процентами потраченное на взятки чиновникам семейное состояние. Даже некоторых приятелей смог пристроить на хлебные места. Макнейр вон — не нарадуется. Так что устранение директора станет началом нашего триумфального шествия. После смерти престарелого интригана я легко соберу всю старую гвардию, укреплю позиции чистокровных семейств и, вполне возможно, стану для них тем, кем так и не смог стать Темный Лорд. А там уже…
Картинка резко сменилась. Вместо мрачного зала, расположенного в подземельях Министерства Магии, моим глазам предстал непритязательный интерьер придорожного маггловского ресторана. Неудобные сиденья, обтянутые искусственной кожей темно-коричневого окраса, окна занавешены шторами вырвиглазных расцветок, на поцарапанной столешнице можно заметить пятна жира и хлебные крошки, оставленные прошлыми посетителями, а навязчивая музыка, льющаяся из ящика с движущимися картинками, отнюдь не ласкает слух. Ужасное место!
Единственное достоинство данной забегаловки заключалось в том, что она идеально подходила для встреч, о которых никто не должен знать. Оборотное, чары личины, мантии с широкими капюшонами — это все банальщина. Современные маги предпочитают обтяпывать свои деликатные делишки в мире магглов. Вот и мне сегодня пришлось утихомирить бившееся в истерике чувство прекрасного, трансфигурировать костюм в мешковатую робу разнорабочего, напялить на голову специально приобретенное отвратительное подобие берета, которые любят носить сумасшедшие фанаты бейсбола, и аппарировать в одну из лондонских подворотен, чтобы спустя несколько минут почтить своим присутствием эту столовую для бедноты.
Впрочем, мой собеседник, ради встречи с которым я пошел на такие жертвы, чувствовал себя здесь, как дома, с неподдельным аппетитом уминая уже второй чизбургер. Я к своему так и не решился притронуться, несмотря на то, что стараниями Снейпа в моей аптечке имелись зелья на все случаи жизни, а вот Джоку было все нипочем. Он вообще являлся уникальной личностью. Мог часами азартно спорить на философские темы с бездомными, мог со степенной невозмутимостью вести светские беседы на приемах у чистокровных семейств, а мог с улыбкой на лице медленно срезать опасной бритвой кожу с еще живого человека. Порой он пугал меня сильнее, чем Темный Лорд.
Джок — это сокращение от 'Джокер'. Настоящего имени этого мага не знал никто, а кличка была взята из серии маггловских журналов с картинками. Как Джок появился в Англии, где обитал ранее, сколько ему лет — это загадки почище рецепта изготовления философского камня. Антонин как-то предположил, что этот парень из русского КГБ. По его словам, сотрудники данной грозной конторы поголовно обладали крайне непримечательной внешностью и навыками, позволяющими им легко слиться с толпой, либо стать 'своим' в абсолютно любой компании. Так ли это — не знаю, но думаю, сам Лорд Судеб не смог ничего выяснить о прошлом Джока, раз даже не удостоил ловкача правом получения темной метки. Хотя и регулярно пользовался его услугами.
Ведь специалистом Джокер был отменным. Лучше него в Англии проблемы не решал никто. Пробраться в охраняемое поместье и утащить книгу из фамильной библиотеки, одурачить отряд аврорских ищеек и умыкнуть задержанного прямо из камеры, ликвидировать зарвавшегося чинушу, да так, чтобы даже самый подозрительный дознаватель квалифицировал несчастный случай — это все Джок. Однажды я видел, как он работает. Впечатлений хватило надолго. После этого задания 'круцио' Лорда, которыми тот награждал провинившихся, уже не казались мне жестоким методом наказания.
— Ты определился с ответом? — спросил я, нервно комкая салфетку.
