— Оля мало что прояснила. Она видела Мартина без сознания, спящим. Его оставили отдыхать до утра. Естественно, что его никто не тревожил. Когда туда проникла погибшая и как долго она там находилась, Ольга не знает. Нормальному человеку такое бы и в голову не пришло. Но факт остается фактом. Получается, что первым мертвую Глорию обнаружил сам Мартин, но он еще плохо соображал, изображение плыло перед глазами. Он понял, что девушка мертва, и позвал на помощь. Он голый, она голая, все в крови. Его сразу взяли до объяснения причин, а там и нож подтянули с отпечатками Мартина. Его там и тормознули, — размышлял Иван Демидович.
— Как хорошо! Сидят, выпивают, — раздался голос за их спинами.
— Аркадий Михайлович! А вы-то что здесь делаете в такое позднее время? — первым поприветствовал главного врача и психотерапевта Иван Демидович.
— А врачи всегда на работе! Если ночь, так что? Тем более, после этой нервотрепки. В нашем тихом, спокойном месте произошел такой инцидент! А я еще уверял всех, что это совсем не опасно — держать пациентов с легкими психическими расстройствами рядом с обычными отдыхающими. Я максимально разграничил пространство, никто и не жаловался. А тут такое! Ах, молодежь! Уж чего-чего, а от Мартина Романовича я такого не ожидал. Он же наш хозяин, покровитель. Любезно предоставил нам помещение, мы и его жену лечим уже сколько лет, и были неплохие результаты. Мы, конечно, не Швейцария, где она проводит по полгода, но мы тоже старались, — сказал Аркадий Михайлович. — Да и он такой… все без ума от Мартина Романовича были. Всегда в хорошем настроении, щедрый, добрый… и такое!
— А вы как психотерапевт уверены, что он мог это сделать? — спросила Яна напрямую.
— При стечении определенных обстоятельств любой из нас мог такое сделать. Алкоголь, психологический срыв, наркотики… такой коктейль — и все! — развел руками психотерапевт.
— Только этот коктейль он не сам себе налил! — возразила Яна. — За это нельзя человека наказывать!
— Вы спросили мое мнение, а следствие само разберется. А если они спросят меня как эксперта, то я подтвержу то же самое. Я честный врач. Именно поэтому я должен вам сейчас сказать, чтобы вы взяли свои бутылки и еду и немедленно покинули лечебное заведение. Вы, определенно, здоровы, Иван Демидович. Поэтому перемещайтесь в номер для обычных отдыхающих и делайте там, что хотите. Конечно, не нарушая покой окружающих и режим тишины.
Иван Демидович протяжно икнул в ответ.
— И никакого снисхождения?
— Никакого, — подтвердил врач.
— По блату? — продолжал допытываться заслуженный артист.
— По какому?
— Ваш хозяин, директор, не знаю, как правильно, — Мартин Романович, верно? Яна — его любимая женщина, тоже почти хозяйка. А я — отец Яны! — радостно заключил Иван Демидович.
— Примазался! Отец! — фыркнула Валентина.
Доктор не долго раздумывал.
— Нет, это вам не поможет. Мне, по-хорошему, сейчас и Валентину бы выселить вместе с вами. Но я ее оставлю только из уважения к Стефании Сергеевне, ведь они подруги, а Стефании на самом деле плохо, ей нужна поддержка.
— Спасибо, благодетель наш! — ответил Иван.
Аркадий посмотрел на Яну каким-то странным, долгим взглядом.
— Яна Карловна, ничего с вами не делается…
— В смысле?
— Что только я не слышал про вашу жизнь… А тут еще и авиакатастрофа. И вы все так же прекрасно выглядите, — пояснил он.
— Вы так это сказали, что я почувствовала себя виноватой, — ответила Цветкова.
— Ну что вы, Яночка. Я просто поражаюсь вашей жизнестойкостью! Надеюсь, что Мартин Романович, пообщавшись с вами, тоже приобретет удачливость.
— Он всегда вдохновлял меня своим позитивом, — заверила его Яна.
— Вот и хорошо!
— А еще лучше, чтобы на нашей стороне были и правоохранительные органы. Они бы тоже Мартину не помешали, — сказала Яна. — А здесь есть приличный салон красоты?
— Ты серьезно, Яна? — повернула голову Валентина. — Пока Мартин в тюрьме, ты пойдешь в салон красоты?
— А что такого? Я ему передачи хочу носить красивая! — ответила Цветкова.
Яна и не предполагала, что даже в ее возрасте в опытных руках мастера за такое короткое время вполне возможно привести женщину в божеский вид.
— Кожа у вас хорошая, нежная. И вы знаете, она даже отполировалась этой пепельной пылью. Такой природный пилинг получился, — сказала массажистка, завершая массаж всего тела и лица Яны с приятным натуральным маслом.
Ее длинные густые волосы завили спиральными кудрями, которые сексуально пружинили при каждом повороте головы и твердом, уверенном шаге в туфлях на шпильках.
— У меня тело пропиталось морскими солями на сто лет вперед. Приняла одну общую лечебную ванную. Только губы вот потрескались, — пожаловалась Яна.
— На ваши губы такой красивой формы сейчас тоже наложим питательную масочку, будут как персик!
— Говорите-говорите еще! Ой, и пахнет вкусно!
— Все натуральное, все лечебное. А не хотите немного увеличить губки для сексуальности? — спросила у Яны косметолог.
