Коля очень сильно любил вспоминать те моменты, когда дедушка рассказывал истории из детства его мамы, показывая при этом ее фотографии, на которых она была изображена розовощекой девочкой с белыми волосами и со светло-голубыми глазами, цвета весеннего неба, как сам старик всегда называл. На фото его мама выглядела настоящим ангелом. Еще только прикрепить ей крылья к спине — и хоть на алтарь святости можно ставить! Почему такой жестокой оказалась судьба к его матери? Почему такая светлая и хрупкая девочка пережила такой стыд, насилие и надругательство над собой? Ведь когда-то и она непременно верила в светлую и красивую сказку о большой любви между мужчиной и женщиной! Верила, что однажды к ней прискачет принц на белом коне и увезет ее в свое заморское царство, где они предадутся страстной и необузданной любви, и где будут жить долго и счастливо много лет, и умрут в один день. А на самом деле за ней прискакал гражданин Турции, который сделал из нее проститутку, разрушив при этом все ее девичьи мечты и надежды. И прожила она недолго и совсем несчастливо, и умерла в подворотне, как самая последняя шлюха и наркоманка, которая не стоила человеческого сострадания и теплого слова. На ее похоронах были только бабушка, дедушка и он. Почему так печально оборвалась жизнь его мамочки? Почему она так мало испытала счастья и человеческого тепла? Почему?!
Вытерев пальцами слезы, которые скатились по его щекам, Горский снова взглянул в небо, голубизна которого напомнила чистый цвет глаз его покойной матери.
«Будь счастлива, моя любимая мамочка! Пусть там в другой жизни твоя судьба окажется лучше, чем она была в этой! Где бы ты сейчас ни была — я всегда тебя буду помнить».
Также цвет неба Горскому напоминал глаза еще одной девушки, которая сыграла в его жизни такое важное значение, как в формировании его нравственных принципов и дальнейшего отношения к женской половины человечества. Как говорят, первая любовь, взаимна или нет, играет ключевое значение в жизни любого человека. Правда, если она светлая и чистая, и тем более — взаимная, в дальнейшей жизни этот человек воспринимает жизненные неурядицы с улыбкой на лице, и он обязательно верит в существование таких величественных и искренних чувств. А вот, когда первая любовь была безответная, или таковой, что принесла много страданий и неприятностей, то такой человек в будущем будет непременно относиться к противоположному полу с неприязнью. И такой человек не сможет объяснить своего отношения, когда его об этом спросят, потому что эта неудовлетворенность противоположным полом прячется где-то очень глубоко в подсознании. Даже сам человек на самом деле не понимает своей неприязни и недовольства противоположным полом. Разобраться со своими чувствами, которые лежат на поверхности — очень тяжело. А разобраться с теми чувствами, что прячутся глубоко в подсознании человека — совсем невозможно.
У Горского же были двоякие чувства к его первой любви — Ани Деминой, первой красавицы школы. И сам Горский считался, как часто говорят, «первым парнем на деревне». Их все считали такой красивой и идеальной парой, все завидовали и предсказывали, что сразу после школы они поженятся, и остальные годы своей жизни они проведут вместе, пока смерть их не разлучит. Но, к сожалению, на самом деле получилось не так, как все предполагали. Наверное, все-таки сглазили люди их идеальные отношения. А началось все лететь в пропасть на выпускном вечере в девятом классе, когда по совету одного одноклассника, мнением чьего, он очень дорожил, Коля заказал песню для Ани. Он выбрал красивую, нежную мелодию, которая должна была показать насколько искренними и светлыми были его чувства к ней.
Однако когда с колонок начала звучать песня Дзидзя «Дас ист гуд фантастиш», стало ясно для парня, его товарищ решил над ним очень жестоко пошутить, заказав совсем другую песню.
Вместо слов из песни «восемнадцать» ребята стали подпевать «мне пятнадцать», смеясь и пританцовывая вокруг Коли и Ани, которые в тот момент готовились к медленному танцу, а не к такому драйву. Девушка смотрела на своего парня с широко открытыми глазами, в которых юноша мог легко прочитать шок, разочарование и боль.
— Мне уже надоело и я махал ждать, — хором орали выпускники, прыгая на месте и поднимая руки вверх в такт песни. — Дас ист гуд фантастиш, дас ист гуд, я-я! Слышишь — хочу я! Мне ты шептала «давай-давай»…
